Поздно было думать о последствиях. Я знал, что как только в пещере появится одно из существ и увидит, что тело ее не светится, все узнают, что она умерла.
На пороге появился один из слуг.
Как я и ожидал, он заметил, что в пещере темно, затем увидел мертвое тело. Он подбежал к женщине, опустился на колени, притронулся к мертвой и издал ужасный вопль.
Вбежал второй слуга. Узнав, в чем дело, он разразился самыми жуткими криками, какие мне приходилось слышать; кровь застыла от страха у меня в жилах.
Вскоре пещеру заполнили и другие. Услышав весть о ее смерти, они присоединились к слугам, громко выражая свое горе.
То была странная, фантастическая картина.
Эти стенающие от горя создания напоминали скопище дьяволов. Сотни и сотни их толпились в пещере и у входа в нее. Меня они не замечали; печаль их была столь велика, что они, казалось, забыли обо мне.
Вдруг, без всякого предупреждения, нас оглушил звук, подобный залпу тысячи артиллерийских орудий.
Земля содрогнулась с такой силой, что многие из них попадали с ног.
С криками, еле слышными в шуме рушащихся скал, они ринулись прочь из пещеры, давя друг друга по пути.
Остался лишь один из слуг, приставленных ко мне белой женщиной.
Он стоял у ее тела и был так поглощен своим горем, что словно не замечал сотрясения земли.
Несколько секунд спустя земля задрожала с удвоенной яростью.
Стены пещеры раскачивались взад и вперед, с них срывались большие камни; некоторые падали рядом с моим ложем.
Я вскочил с постели и бросился к выходу, но далеко уйти не сумел.
Со стороны кратера вырвался широкий поток лавы, преградив мне путь в большую пещеру. Я видел, как в ней бесцельно метались туда и сюда сотни существ, которые испускали душераздирающие крики и плач.
Я не мог пересечь поток, который уже достиг двенадцати или четырнадцати футов в ширину.
Лава растекалась с ужасной скоростью, настигая некоторых существ, не успевших забраться повыше.
С дикими криками они падали в кипящую массу лавы; миг - и тела их исчезали, унесенные огненным потоком.
Многие нашли убежище в скалах и оказались на какое-то время в безопасности.
Но дрожь земли расшатала камни, и существа падали, судорожно цепляясь за них, пока не исчезали в кипящей массе.
Жар опалял мое лицо и становился невыносимым; я отступил в маленькую пещеру, забрался на скалу и устроился на высоком уступе.
Отсюда я мог видеть, что творилось в соседней пещере.
Время от времени одно из созданий, корчась от жара, жалобно вскрикивало, разжимало руки и падало в расплавленную лаву.
Слуга вскарабкался на скалу и оказался невдалеке от меня. Лавовый поток казался длинной лентой огня; эта огненная река устремлялась сквозь проход в скалах к «пещере змей».
Никогда не забуду, как кричали существа, пока лава медленно вздымалась все выше, низкий гул глубоко в недрах земли и рев огненной, кипящей массы, прокладывавшей себе путь между скалами.
Большой обломок стены с противоположной стороны пещеры рухнул, увлекая за собой сотни существ. Жутко было видеть выражение их лиц, когда они низвергались в поток лавы.
Уровень лавы быстро поднимался; если так будет продолжаться, через час поток достигнет уступа. Но прежде, как я понимал, мне предстоит задохнуться от жара. Я решил покинуть свое убежище и пробрался по скальной стене глубже в пещеру, где лежало тело белой женщины.
Лава уже клокотала у входа в пещеру и постепенно заливала пол.
Через несколько мгновений она поглотила волосяное ложе, достигла тела и вскоре покрыла его целиком, наполнив пещеру запахом горящей плоти.