— Ты тоже принимал участие в подобных вещах?
— Кто? Я?
Держа в руках стул, к нам подошел Стадси.
— Здорово они его разукрасили, а? — сказал он, кивнув в сторону Морелли. Мы подвинулись, и он уселся. Затем Стадси снисходительно ухмыльнулся, бросив взгляд на Нору и на ее стакан. — Думаю, в забегаловках на вашей хваленой Парк Авеню вряд ли подают лучшие напитки — зато здесь вы платите всего пятьдесят центов за маленькую порцию.
Улыбка Норы выглядела довольно жалко, но все же это была улыбка. Под столом она наступила мне на ногу. Я спросил Морелли:
— Вы знали Джулию Вулф, когда она жила в Кливленде?
Он искоса посмотрел на Стадси, который, откинувшись на спинку стула, обозревал помещение, где прямо на глазах росли его доходы.
— И когда ее звали Рода Стюарт? — добавил я. Он посмотрел на Дороти.
— Можете говорить спокойно, — сказал я. — Она — Дочь Клайда Уайнанта.
Стадси прекратил обозревать помещение и во весь рот улыбнулся Дороти.
— Правда? А как поживает ваш папочка?
— Но я же его не видела с тех пор, когда была маленькой девочкой, — сказала она.
Морелли смочил кончик сигареты и вставил ее между распухшими губами.
— Я сам из Кливленда. — Он зажег спичку. Глаза его были тусклыми — он изо всех сил старался, чтобы они казались тусклыми. — Тогда ее звали совсем не Рода Стюарт, а Нэнси Кейн. — Он опять взглянул на Дороти. — Ваш отец об этом знал.
— А вы знаете моего отца?
— Мы однажды с ним беседовали.
— О чем? — спросил я.
— О ней. — Спичка в его руке догорела до самых пальцев. Морелли бросил ее, зажег новую, прикурил и вопросительно посмотрел на меня, подняв брови и наморщив лоб. — Думаете, можно?
— Конечно. Здесь нет никого, перед кем бы вы не могли говорить.
— О'кей. Он страшно ревновал. Я хотел набить ему морду, но она не позволила. Она была права: ведь Уайнант был источником ее доходов.
— Как давно это было?
— Шесть-восемь месяцев назад.
— А вы видели его после того, как ее убили?
Он покачал головой.
— Я вообще видел его всего пару раз, и та встреча, о которой я вам рассказываю, была последней.
— Она утаивала от него деньги?
— Мне она об этом не рассказывала. Думаю, что утаивала.
— Почему?
— У нее была голова на плечах — и совсем не глупая притом. Где-то же она доставала деньги. Однажды мне понадобилось пять тысяч. — Он щелкнул пальцами. — Наличными.
Я решил не спрашивать, вернул ли он ей эти пять тысяч.