История великих путешествий. Том 3. Путешественники XIX века: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

К западу от южного конца озера виднеются кое-где остатки старинного города Тарихея. Отсюда начинается прекрасная равнина Эль-Гор, стиснутая между двумя горными цепями и почти не возделанная. Сейчас она служит только местом кочевья для арабских племен.

Зетцен без особых препятствий продолжал свое путешествие по Десятиградию[18]; однако, чтобы уберечься от алчных туземцев, ему пришлось переодеться нищим.

«Поверх сорочки, — рассказывает он, — я надел старый "камбас", то есть халат, а поверх него старую рваную синюю женскую рубаху, обмотал голову тряпкой и обулся в опорки. Старый, изорванный "аба"[19], накинутый на плечи, защищал меня от холода и дождя, а длинный сук служил посохом. Мой проводник, грек-христианин, оделся почти так же, и в этом наряде мы шли по стране десять дней. Часто нас задерживали холодные дожди, и мы не раз мокли до костей. Однажды мне пришлось целый день брести босиком по жидкой грязи, потому что по этой жирной, размокшей почве в моих рваных туфлях нельзя было идти».

Драа, находящаяся несколько дальше, представляет собой груду заброшенных развалин. От зданий, которыми она когда-то была знаменита, ничего не осталось.

В следующем округе — Эль-Боттин — имеются тысячи выдолбленных в скалах пещер, где жили старинные обитатели этих мест. Почти так же обстояло дело и во время посещения Зетцена.

Мкес был некогда — судя по многочисленным древним колоннам и саркофагам — большим богатым городом. Зетцен отождествляет Мкес с Гадарой, одним из второстепенных городов Десятиградия.

В нескольких лье оттуда лежит в развалинах Абиль, в древности Абила. Зетцен не мог уговорить своего проводника отправиться туда, так тот был напуган слухами об арабах бени-шахар, и ему пришлось пойти одному.

«Город совершенно разрушен и всеми покинут, — записал путешественник, — в нем не уцелело ни единого здания, и лишь по развалинам и обломкам можно судить о его былом величии. Местами сохранилась прекрасная крепостная стена, и часто встречаются своды и колонны из мрамора, базальта и серого гранита. За стеною я тоже видел большое количество колонн и между ними две — громадной величины. Я решил, что здесь стоял большой храм».

После округа Эль-Боттин Зетцен попал в округ Эджлун. Вскоре он обнаружил обширные развалины Джерраша, которые могут сравниться с руинами Пальмиры и Баальбека,

«Необъяснимо, — говорит Зетцен, — почему этот когда-то прославленный город мог ускользнуть от внимания любителей древности. Он расположен на довольно плодородной открытой равнине, орошаемой рекой. На пути к нему я видел много гробниц с прекрасными барельефами. У самой дороги я заметил как-то саркофаг с греческой надписью. Стены города совсем обвалились, но еще можно разобрать, что они тянулись на три четверти лье или даже на целое лье. Эти стены построены целиком из тесаного мрамора. Внутри города местность неровная и понижается к реке. Дома горожан не сохранились; зато я заметил много общественных зданий, отличающихся прекрасной архитектурой. Я обнаружил два великолепных мраморных амфитеатра прочной постройки с колоннами, нишами и т. д., и все это хорошо сохранилось. Есть там несколько дворцов и три храма. В одном из них был перистиль[20] из двенадцати больших колонн коринфского ордера, и одиннадцать из них еще стояли. В другом я видел упавшую колонну из прекраснейшего египетского полированного гранита. Я нашел также отделанные пилястрами[21], хорошо сохранившиеся городские ворота с тремя арками. Среди других памятников старины, обнаруженных мною, мне особенно понравилась длинная улица, пересеченная другой и украшенная с обеих сторон мраморными колоннами коринфского ордера. Один ее конец упирался в полукруглую площадь с шестьюдесятью ионическими колоннами. У перекрестка на каждом из четырех углов виднеются большие пьедесталы из обтесанного камня, на которых когда-то, наверное, стояли статуи. Сохранилась также часть мостовой из больших тесаных камней. В общем, я насчитал около двух сотен колонн, многие из которых еще сохранили антаблемент[22]. Упавших колонн несравненно больше. К тому же я осмотрел только половину города, а за рекой в другой его половине, пожалуй, найдется еще немало замечательных остатков старины».

Зетцен считает, что Джерраш не что иное, как древняя Герасса, город, до сих пор весьма неточно обозначавшийся на всех картах.

Затем путешественник перешел реку Нахр-эз-Зерка или, как ее называют еврейские историки, Яббок, образующую северную границу страны аммонитян, и проник в область Эль-Белька, когда-то цветущую, но теперь пустынную и заброшенную, где имеется только один город Эс-Сальт — в древности Аматуза. Потом Зетцен посетил Амман, который под названием Филадельфии славился среди городов Декаполиса; там еще можно было напасть на образцы древнего искусства. Дальше он побывал в Элеале — старинном городе амореев[23]. В Мадабе (во времена Моисея носившей название Мадба[24]), на горе Нево[25], в Дивоне[26] и в стране Keppaк[27], родине моавитян. Затем он осмотрел развалины Раббы — древней резиденции правителей страны, называвшейся тогда Раббат[28], и, с превеликими трудностями перейдя гористую местность, прибыл наконец в область Гор-эс-Сафия, расположенную у южной оконечности Мертвого моря.

Стояла страшная жара, а идти приходилось по обширным солончаковым равнинам, не орошаемым ни одним ручейком. Наконец 6 апреля измученный жаждой Зетцен прибыл в Вифлеем, а вскоре и в Иерусалим.

За время своего путешествия Зетцен побывал в крайне любопытных местах, которых до него не посещал ни один путешественник Нового времени. Он собрал ценные сведения о свойствах воды Мертвого моря, опроверг кучу глупейших россказней, исправил ошибки на самых точных картах, помог определить многие старинные города Переи и установил существование многочисленных развалин, свидетельствовавших о былом процветании, достигнутом этой страной при господстве римлян. 25 июня 1806 года Зетцен выехал из Иерусалима и морем вернулся в Акку[29].

«Этот переход стал настоящей экспедицией открытий», — писал Вивьен де Сен-Мартен[30] в статье, опубликованной в 1858 году в «Revue Germanique».

Но Зетцен не хотел оставлять свои открытия незавершенными. Через десять месяцев он вторично объехал «Асфальтовое озеро» (Мертвое море) и во время этого второго путешествия значительно пополнил свои первоначальные наблюдения.

Затем путешественник перебрался в Каир, где провел два года. Там он собирал восточные рукописи (большинство манускриптов, составляющих богатство библиотеки университета в Готе, куплено им), а также всевозможные сведения о внутренних областях страны. Однако, руководствуясь верным инстинктом, он записывал только те данные, которые могли претендовать на почти абсолютную точность.

Зетцен с его неутомимой жаждой новых открытий не мог долго предаваться относительному — хотя и далекому от праздности — покою. В апреле 1809 года он окончательно покинул столицу Египта и через Суэц направился на Синайский полуостров, где рассчитывал провести некоторое время, перед тем как двинуться в Аравию. Аравия была тогда мало известна, и ее посещали лишь купцы, ездившие туда для закупки «бобов Моха»[31]. До Нибура[32] ее не посещала ни одна экспедиция научного характера, которая поставила бы своей целью изучение географии страны и нравов ее обитателей, а путешествие самого Нибура осуществилось благодаря профессору Микаэлису[33], которому понадобились некоторые сведения, чтобы разъяснить темные тексты в Библии; расходы взял на себя король Дании Фредерик V. В экспедиции принимали участие математик Хавн, естествоиспытатель Форскол, доктор Крамер, художник Брауренфайнд и военный инженер Нибур. Естественно, что эта группа вдумчивых и ученых людей отлично справилась с поставленной целью.

Между 1762 и 1764 годами они посетили Египет, гору Синай, город Джидду, потом высадились в Лохее[34] и проникли в глубь Счастливой Аравии;[35] каждый занимался исследованиями в соответствии со своей специальностью. Но болезни и тяготы пути сломили отважных путешественников. Вскоре Нибур остался один и ему самому пришлось обработать наблюдения, сделанные им совместно со своими товарищами. Его труд — неистощимый источник сведений — сохранил ценность и до наших дней.

Зетцену хотелось превзойти своего предшественника. Для достижения этой цели он не останавливался ни перед чем. 31 июля он всенародно объявил себя последователем ислама и через Суэц отправился в Мекку, намереваясь проникнуть туда под видом паломника. По пути в святой город Зетцен побывал в Джидде. Его чрезвычайно поразило скопление верующих и необыкновенное своеобразие этого города, существующего благодаря религиозному культу и ради него.

«Все окружающее, — вспоминал ученый, — возбуждало во мне такое бурное волнение, какого я не испытал больше нигде».

Путешествие в Мекку, а также поездку в Медину не стоит передавать подробно. Описание этих священных городов всегда будет заимствоваться из точного и правдивого рассказа Буркхардта. К тому же работы Зетцена до середины прошлого столетия были опубликованы лишь в отрывках (в «Анналах путешествий» и в «Переписке барона Заха»). И только в 1858 году вышли в свет на немецком языке путевые дневники Зетцена, и то в неполном виде.

Из Медины путешественник вернулся в Мекку, где, стараясь не привлекать к себе внимания, занялся изучением города и религиозных обрядов, а также астрономическими наблюдениями, давшими возможность определить точное местоположение столицы ислама.

Двадцать третьего марта 1810 года Зетцен вернулся в Джидду. Затем вместе с арабом, который в Мекке был его постоянным советчиком и руководителем, он отплыл в Ходейду, один из главных портов Йемена. Пройдя Байт-эль-Факих, гористую местность, где разводят кофе, и около месяца пролежав больным в Дуране, Зетцен 2 июня прибыл в Сану, столицу Йемена, которую он называл прекраснейшим из городов Востока. 22 июля он добрался до Адена и в ноябре был в Мохе, городе, которым помечены последние полученные от него письма. По возвращении в Йемен его, как и Нибура, ограбили: у него отняли все вещи и коллекции под тем предлогом, будто бы он ловил разных животных и делал из них настой для отравления источников.

Но Зетцен не желал примириться с этим ограблением. Он немедленно отправился в Сану, где рассчитывал подать имаму[36] жалобу. Это случилось в декабре 1811 года. Несколько дней спустя распространился слух о его внезапной смерти в Таиззе. Вскоре это известие дошло до европейцев, посещавших арабские порты.

Кто был повинен в этой смерти? Имам или разбойники, ограбившие Зетцена? Для нас это теперь не имеет значения. Можно только сожалеть, что оборвались исследования путешественника, так хорошо подготовленного и уже свыкшегося с обычаями и нравами арабов, и досадовать, что большая часть его дневников и наблюдений погибла безвозвратно.

«Зетцен, — подтверждает Вивьен де Сен-Мартен, — был после Лудовико Вартемы[37] [1503] первым путешественником, посетившим Мекку, а Медины, освященной могилой Пророка, до Зетцена не видел ни один европеец».

Из этого ясно, насколько ценны отчеты этого беспристрастного, хорошо осведомленного и правдивого путешественника.

Как раз тогда, когда внезапная смерть положила конец деятельности Зетцена, Буркхардт пустился по его следам и подобно ему начал свое долгое и тщательное изучение Аравии с путешествия по Сирии.

«В истории науки, — пишет Вивьен де Сен-Мартен, — редко случается, чтобы два человека, почти равные по своим достоинствам, следовали друг за другом по той же стезе и один из них продолжал дело другого. Действительно, Буркхардт шел во многих отношениях по следам, проложенным Зетценом, и, сопутствуемый в течение долгого времени благоприятными обстоятельствами, помогавшими ему совершать свои многочисленные экспедиции, сумел прибавить многое к открытиям, сделанным его предшественником».

[[18] Десятиградие (греч. Декаполис) — союз десяти (а временами — и больше) преимущественно эллинистических городов, расположенных к востоку от Иордана. Отнятые в 63 году до н. э. у восточных владык и включенные — при сохранении муниципальных свобод — в римскую провинцию Сирию, эти города сохранили союз вплоть до конца II века н. э.]

[[19] Аба — шерстяной плащ.]

[[20] Перистиль — замкнутое пространство, например внутренний двор или сад, окруженное крытой колоннадой.]

[[21] Пилястр — плоский вертикальный выступ на поверхности стены, обработанный как колонна.]

[[22] Антаблемент — один из элементов классического архитектурного ордера: верхняя часть сооружения, покоящаяся на колоннах или стенах и состоящая из трех горизонтальных членений (архитрав, фриз и карниз).]

[[23] Амореи (буквально: «западные», от аккадского Амурру — «запад», «место обитания пастушеских племен») — не совсем ясное в этническом отношении обозначение всего доизральского населения Палестины; в начале XIV века до н. э. стали ядром созданного Абди-Аширтой царства Амурру.]

[[24] Мадаба (или Ма'даба) — город в современной Иордании; в древности последовательно принадлежал Израилю, царю Моава, набатеям и римлянам.]

[[25] Нево — горная вершина в горах Аварим в земле Моавитской, к востоку от Иордана, против города Иерихона.]

[[26] Дивон — город, расположенный к востоку от Мертвого моря, в южной части Иордании. Был населен уже в III тысячелетии до н. э. Около 1200 года до н. э. моавитяне основали здесь новое поселение, вскоре захваченное аммонитянами. Современный Дибан.]

[[27] Страна Керрак — имеется в виду иорданский город Эль-Керак (Карак), в древности бывший столицей царей Моава.]

[[28] Полное название города Раббат-Моав.]

[[29] Акка, или Акко — город в Галилее, на берегу одноименного залива Средиземного моря. Основан в XIX веке до н. э. и был сначала столицей мелкого царства, потом превратился в крупный торговый центр. В 1104 году был захвачен крестоносцами, переименовавшими город в Сен-Жан-д'Акр (или просто Акра). В конце XIII века, при изгнании крестоносцев, был основательно разрушен и восстановлен только в конце XVIII века по инициативе Ахмеда Джеззар-паши.]

[[30] Вивьен де Сен-Мартен Луи (1802 — 1897) — известный французский географ. Его основные труды — «Северная Африка во времена Древней Греции и Древнего Рима» (1863), «История географии и географических открытий» (1873); кроме того, руководил изданием «Географического ежегодника» («L'Annee geographique», 1863 — 1876) и «Новой летописи путешествий» («Les Nouvelles Annales des voyages», с 1876) и был инициатором составления «Нового словаря всеобщей географии» (1879 — 1895).]

[[31] Моха — крепость и порт в Йемене; области, примыкающие к этому городу, славятся своим кофе. (Примеч. перев.)]

[[32] Нибур Карстен (1733-1815) — немецкий путешественник. Сын крестьянина, он выучился на землемера и был приглашен в экспедицию, направленную датским королем Фредериком V для изучения Египта, Сирии и Аравии. Руководителем экспедиции был датчанин Ф. К. фон Хавн. Ученые покинули Данию в январе 1761 года. В Аравии на путешественников последовательно обрушивались несчастья; неудачи не прекращались и в Бомбее, куда экспедиция направилась из Мохи. Все путешественники погибли, кроме К. Нибура, вернувшегося в Данию в ноябре 1767 года. Единственный, кому улыбнулась удача, привез много ценных сведений, опубликованных им в книгах «Описание Аравии» («Beschreibung von Arabien», 1772) и «Описание путешествия в Аравию и другие рядом лежащие страны» («Reisebeschreibung nach Arabien und anderen umliecenden Landern». 1774).]

[[33] Имеется в виду Йоханн Давид Микаэлис (1717 — 1791), известнейший в свое время теолог и ориенталист, профессор восточных языков в Геттингенском университете.]

[[34] Лохея — порт на территории современного Йемена; теперь он называется Эль-Лухайл.]

[[35] Счастливая Аравия — так античные географы называли юго-западную часть Аравийского полуострова, славившуюся своим плодородием, благоприятным климатом и природными богатствами. Позднее название среди европейцев закрепилось за горными районами Йемена.]

[[36] Имам — первоначально: предстоятель на молитве, духовный руководитель. Позднее слово стало употребляться для обозначения главы мусульманской общины.]

[[37] Вартема Лудовико (встречается также написание Вертема, Бартема и др.) (род. между 1461 и 1477 — умер до июня 1517) — итальянский путешественник, в начале XVI столетия изъездивший все восточное Средиземноморье, посетил также Йемен, Персию, Индию, Цейлон, Сиам и Малайский архипелаг. В Европу вернулся через мыс Доброй Надежды. В 1508 году выпустил описание своих путешествий («Itinerario»), пользовавшееся в то время огромной популярностью. Первым из западноевропейцев проник в Мекку, переодевшись в арабское платье и присоединившись к группе паломников. Книга Вартемы, написанная живым языком и заполненная красочными описаниями народов и их обычаев, не потеряла исторической ценности до сих пор.]