Убитый манекен : сборник: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Было что-то странное, призрачное в этом перешептывании, в этом воскрешении прошлого в полной темноте. Сдвоенные силуэты Лауры и Малеза, склонившихся над непостижимой душой колодца, казались не от мира сего.

— Так значит, — вдруг произнес комиссар, — он покоится там, в глубине…

Нагнувшись, он пошарил пальцами по стенке колодца:

— Глубокий колодец?

— Детьми мы его просто боялись…

Словно чудом, к Лауре вернулся ее голос маленькой девочки:

— Один человек, хромой, в конце каждого года приносивший альманахи, однажды сказал нам, что колодец достигает самого сердца земли…

Малез прислушивался, как отскакивает от стен колодца только что подобранный им камешек, падение которого, завершившееся слабым всплеском, показалось ему бесконечным.

— Почти готов поверить, что ваш хромой был прав, — выпрямляясь, просто сказал он.

23. Г-н де Лафайет

— Добрый вечер, Жером! — сказал Малез.

Он отправился побродить к ферме г-на Фализа, где на освещенном экране выходящего на дорогу окна вырисовывались подвижные китайские тени и среди них — тень старой Ирмы, как вдруг примерно в десяти метрах впереди с боковой тропинки перед ним появился высокий силуэт худого и расхлябанного человека. Была видна только спина, но комиссару этого всегда хватало для установления личности.

Со свисающими вдоль туловища непропорционально длинными и словно бесполезными руками, всматриваясь в горизонт, Жером, не отвечая, продолжал спокойно шагать. Радуясь, что тот не пытается убежать, Малез зашагал с ним в ногу.

— Я не огорчен, что встретился с вами, Жером!

Инстинктивно он заговорил с ним тем тоном, которым обычно разговаривают с детьми или больными:

— Вот уже три дня, как я вас разыскиваю!

Тот наконец соблаговолил заметить его присутствие:

— Что за невоспитанность!

И, свысока глянув на собеседника:

— Да вы знаете, к кому обращаетесь?

— То есть… — пробормотал захваченный врасплох Малез.

— Я Мари Жозеф Мотье, маркиз де Лафайет! — продолжал тот, с достоинством выпрямившись.

С поразительной непоследовательностью он прибавил:

— В лес мы больше не пойдем, лавры увяли.

Малез успокоился.

— Срезаны, — поправил он, помимо воли включаясь в игру.

— Увяли! — сразу же вспыхнул Жером.

Оставалось лишь сдаться. Малез тем охотнее покорился, что побаивался враждебно настроить своего собеседника.

— Точно, — признал он, хлопая себя по лбу. — Где только моя голова?

— Рядом с шапкой, — сказал господин де Лафайет.