Полицейский подтвердил, что да, это он.
— Он подходит под ваше описание, да, сэр.
— Тот самый человек! — воскликнула Марджори.
— Скотина, — откомментировал Конрад.
— Этот человек выскакивает перед вашим автомобилем, — сказала Марджори возмущенно. — Не сомневайтесь, он в конце концов добьется своей цели.
— Какой цели, мадам?
— Быть сбитым, конечно. Театрально упасть при малейшем прикосновении, пострадать за дело. С такими людьми нужно ухо держать востро.
Я спросил:
— Вы уверены, что мистер Квест сам вчера был у ворот в восемь двадцать утра?
— Он говорит, что был, — ответил полицейский.
— В Страстную пятницу? В день, когда никто не ходит на ипподром?
— Говорит, что был там.
Мне надоел этот разговор. Не было никаких сил. Дарт со своим автомобилем столько раз въезжал и выезжал с ипподрома через эти ворота, что любому пикетчику не составляло труда описать машину вплоть до наклейки на помятом заднем бампере: «Если вы можете это прочитать, сбросьте скорость». Дарт досадил Большой бороде в тот день, когда я был с ним. Большая Борода, Гарольд Квест, чувствовал, что просто должен поднять шум. Где же лежит правда?
— А вы, мистер Моррис… — зашелестели листочки записной книжки, полицейский смотрел в записи. — Нам сказали, что вы должны быть задержаны в больнице, но когда мы приехали допросить вас, нам сказали, что вы сами выписались из больницы. Вас официально не выпускали.
— Какие странные слова! — вырвалось у меня.
— Что?
— Задержать, выпустить. Как в тюрьме.
— Мы не могли найти вас, — стал оправдываться полицейский. — Получалось, что никто не знает, где вы.
— Ну ладно, теперь я здесь.
— И… э… мистер Джек Стрэттон утверждает, что приблизительно в восемь пятьдесят сегодня утром вы напали на него и сломали ему нос.
— Джек Стрэттон ничего подобного не утверждает, — непререкаемым тоном проговорила Марджори. — Джек, скажи.
Хмурый юнец, прижимавший к лицу носовой платок, не пропустил мимо ушей звеневшего в голосе Марджори недовольства и промямлил что-то вроде того, что, наверное, наткнулся на дверь. Невзирая на возмущенные протесты Кита и Ханны, полицейский послушно вычеркнул пометку в своей записной книжке. Он сказал, что его начальство хочет выяснить у меня, где находилась взрывчатка «перед взрывом от детонации». Где, спрашивали они, можно будет меня найти?
— Когда? — спросил я.
— Сегодня утром, сэр.
— В таком случае… наверное, здесь.
Посмотрев на часы, Конрад объявил, что вызвал эксперта-взрывника и инспектора из местного совета для консультации, как лучше снести старые трибуны и расчистить площадку для новых.
Разозленный Кит сказал:
— Ты не имеешь права делать это. Этот ипподром такой же твой, как и мой, и я хочу продать его, и, если мы продадим его строительной компании, она будет разбирать трибуны, и нам это ничего не будет стоить. Мы не перестраиваем.
Испепеляя его взглядом, Марджори сказала, что нужно получить заключение экспертов, можно ли восстановить трибуны в том виде, как они были, и покроет ли страховка, которая имеется на ипподром, какие-либо другие расходы.
— Прибавьте страховку к прибыли от продажи, и все мы выиграем, — упрямо твердил Кит.