— Костя, вытер бы хоть ноги! Смотри, какие следы… Ой, что случилось?
— Давай Дашку скорей! Она понимает.
Возникла Дашка.
— Ой, Гавричек! Живой? Тяжело как дышит! Рана, да? Кто его так? Какие подлые! Только бы не в живот, не в легкие! Надо ветеринара.
— А ты не можешь? Биолог!
— Нет, ну что ты, какая я…
— Звони! Быстро!
— Да-да… Занято… Опять занято…
Костя положил Гаврика на обеденный стол.
— Ну скоро ты?!
— Ну что я могу?! «Скорая» ветеринарная все время занята. Вот опять!
— Звони в поликлинику! Мама, ну что ты стоишь? Подстели что-нибудь! Что же, ему так и лежать на голой доске?
— Сейчас, Костик, сейчас… Ой, горе!
Гуля стояла в дверях, только голову поворачивала, глядя на мечущихся людей. Лютц заглянул было в столовую, но Гуля больно клюнула его, а когда собакин покорно отступил, еще что-то сердито прощелкала вслед.
— Дашка, ну ты что?!
— Сейчас. «Скорая» опять занята.
— Сказал же: звони в поликлинику!
— Звонила. В поликлинике есть врач, но нет машины. Я позвоню папе, пусть он поедет.
— Да ну, пока доедет, пока что — я полечу. Где это?
— Ты увидишь. Недалеко за переездом. Такая круглая площадь.
Ну конечно, Косте долететь быстрее, чем ехать отцу. А главное, Костя не мог больше пассивно ждать, он должен был действовать!
— Полетел. Смотрите тут за Гавриком без меня!
Полет на пределе. Не частить крыльями, а редко, но мощно. Так идут свои тысячемильные маршруты альбатросы над океаном.
Город начинался сразу — огромными домами-кораблями на краю пустыря. Как старинная крепостная стена. Ага, вот и круглая площадь. По ней кружил троллейбус.
В поликлинике произошло небольшое смятение. Все суетились, сочувствовали. Врач собрал чемоданчик. Готов был немедленно ехать. Не очень крупный мужчина — килограммов на семьдесят.
Костя объявил повелительно:
— Ехать — выйдет долго. Сначала искать такси, потом кружная дорога. Слишком долго, нельзя ждать — полетим!
Врач не хотел. Врач боялся:
— Я тяжелый. Вы устанете, не удержите. Упадем оба.
— Вы ничем не рискуете. В крайнем случае, я сяду раньше.