— Кардиохирург, детский.
— Чем дальше, тем интереснее! Тогда зачем же тебе заниматься дизайном? Руки у тебя вроде бы не дрожат, что же ты не занимаешься своим делом?
— Из-за травмы, я не так давно попала в аварию.
— Травма чего?
— Головы.
— Звучит серьезно.
Он заглянул в свою чашку, она была пуста, и я занялась приготовлением кофе, вздохнув с облегчением, что допрос окончен. Но когда я налила ему свежесваренный кофе и села на место, то вдруг услышала следующий вопрос:
— Ну хорошо. С этим если и не все, то кое-что ясно, я, собственно говоря, просто так тебя расспрашивал, чтобы было что сказать Львовичу, если он опять начнет говорить об этом.
Не успела я мысленно охнуть — вот змей! — как последовал новый вопрос, заданный весьма жестким тоном:
— Как ты оказалась в кафе?
Что он, с ума сошел? Я же все ему русским языком объяснила! Подивившись такой явной тупости, я исполнилась терпения и ответила:
— Меня привел туда Сеня. Я же говорила вам.
— Какой еще Сеня? Ничего ты мне не говорила. А-а, да я тебя не про «Цаплю» спрашиваю, а про «Лимпопо»!
Я вытаращила в изумлении глаза:
— О чем вы? Какое еще «Лимпопо»? Да я понятия о нем не имею!
— Знаешь, дорогуша, ты когда врешь, то хоть запоминай, что именно говоришь. Ты же мне сама не далее как позавчера во всех подробностях описала, что присутствовала при том, как застрелили Аську. Теперь ты хочешь уверить меня, что это неправда? Но я навел справки и выяснил, что твой рассказ, скорее всего, соответствует действительности. Мы говорим с тобой о важных вещах, кончай придуриваться, не зли меня! Ты мне помогла разобраться в некоторых моментах, поэтому я готов относиться к тебе с терпением, но все имеет свои пределы, а терпение не моя добродетель.
— Вы бы сразу сказали, что спрашиваете о том кафе, где Аську убили, я даже не знаю, как оно называется, не посмотрела на вывеску.
— Да черт с ним, с названием этим, да и с вывеской тоже! Как ты могла оказаться в кафе, да еще в этот момент?
Я захлопала глазами, не понимая сути вопроса, от его агрессивного тона и напора у меня мешались мысли.
— Не понимаю, что значит — как могла? Просто вошла и села.
Он побагровел, помолчал некоторое время и повторил медленно, как для дефективной:
— Послушай меня, мы говорим о том, что твоя сестра хотела встретиться с каким-то человеком в кафе, и я знаю совершенно точно, что, идя на эту встречу, она никого не стала бы брать с собой, включая тебя. Тем не менее ты там оказалась, каким образом?
Я закусила губу, чувствуя, что попала в переплет.
— Я была там и все видела. Все, что рассказала вам, правда, я не солгала. Больше ничего сказать не могу.
— Как далеко ты сидела от Аськи?
— Не очень далеко.
— Наверное, не очень, раз все видела так подробно. А она тебя видела?
— Не знаю.
С минуту он смотрел на меня в упор, потом вроде бы смягчился.
— Хорошо, зайдем с другого бока, концы с концами у тебя не вяжутся. Ты говорила, что тебя опрашивала милиция, что было потом?