Коррекция: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Десантники раздеваться не стали, поступили проще. Они, помогая друг другу, сняли со скафандров кучу вооружения, сразу став в два раза меньше. Но килограммов по двести каждый нес, как пушинку.

— Больше не можем, — отмахнулся один из них от Джеда. — Чтобы не перевернутся, вес нужно правильно распределять, а это долго. Проще лишний раз сбегать.

За пять часов бесконечных хождений вверх-вниз очистили весь склад готовой продукции, заложив в "Ковчеге" все свободное пространство. Оставили лишь узкие проходы. Командир экипажа с неодобрением смотрел на этот бардак и, как только закончили, сразу же взлетел.

— Готовьте карманы для премии, — сказал десантникам Виктор. — По моим прикидкам забрали не меньше двух миллионов процессоров. Руководство оценит.

— Толку от той премии! — проворчал Джед. — Она еще пятнадцать лет будет лежать на счете.

Ворчал он для порядка, на самом деле ему было приятно и из-за премии, и из-за того, что просто пришли и забрали огромной ценности груз. Было в этом что-то волнующее. Наверное, подобные чувства испытывал один из его предков, который, по семейным приданиям, был пиратом, когда потрошил купеческие корабли.

В другие здания города никто не совался. Десантники немного прошли по одной из улиц и, встретив на перекрестке десяток сгоревших автомобилей и лежавшие повсюду тела, повернули обратно. Мертвый город давил на сознание, поэтому все были рады переключиться на переноску коробок. С еще большей радостью они улетели бы сразу после осмотра, но бросать находку не хотелось.

— Пепла сантиметров пять, — сказал Виктор Джеду. — И это в полутора тысячах километров от вулкана. А в пятистах километрах его уже с метр. Ученые по фото со спутника как-то умудрились оценить. Там все здания под его весом сложились, как карточные домики. Представляешь, что будет, когда потеплеет и пойдут дожди? Все вокруг будет отравлено на десятки, если не на сотни лет. Я слышал, что разрабатывают планы, как собрать пыль и сбросить ее обратно в Йеллстоун. Там сейчас озеро лавы в десяток квадратных километров. Сожрет и не подавится, только сумасшедшая работа на десятки лет.

Глава 34

— Господин Горин, — обратился к директору зашедший в кабинет замбиец. — Опять приперлись соседи. Хотят с вами говорить.

— Хорошо, Мукула, — вздохнул, поднимаясь из-за стола Горин. — Хотят говорить, значит, поговорим. Поедешь со мной. Беги, скажи Давиду, чтобы подогнал машину.

Когда он вышел из правления, у крыльца уже стоял его "Рено", за рулем которого сидел молодой замбиец из народности тонго. О том, что он тонго, Горин узнал от самого шофера, он в этих тонкостях не разбирался, хоть и жил здесь уже полгода.

— Опять на посиделки с ангольцами? — спросил подошедший Свен. — И опять без меня! Оторвут вам когда-нибудь голову, Василий, а все остальное съедят. Я еду с вами. Мукула, пересаживайся к Давиду.

Здоровенный швед уселся рядом с Гориным и расстегнул кобуру.

— Сделайте так же, — посоветовал он директору. — Никто вас не заставляет стрелять, но метатель будет под рукой, и собеседники не станут чересчур наглеть.

Их овощной совхоз находился в сотне километров от заброшенного сейчас Монгу, и до границы с Анголой было километров тридцать или сорок. Точно никто сказать не мог из-за отсутствия самой границы. До ангольцев ехали минут двадцать по недавно асфальтированной дороге, идущей мимо бесконечного ряда пленочных теплиц.

— Хоть нет этой пыли, — проворчал Свен. — Нужно быстрее асфальтировать дорогу к поселку. И за теплицами тоже. Сегодня опять пришлось гонять этих Гну. Тянет их из заповедника Лиува к нашей капусте, как магнитом. Может быть, все-таки огородим совхоз, как думаешь?

— Потом поговорим, — сказал Горин. — Приехали, вон они стоят.

Пришедших было шестеро: пять мужчин и одна молодая женщина. Это она по местным меркам была женщиной, для Василия Евгеньевича она была тринадцатилетним подростком. Но для африканки очень даже славная. Понятно, для чего привели – менять на овощи.

Вперед вышел самый здоровый из мужчин и что-то сказал. Лицо у него тоже было самое круглое.

— Это их вождь, — начал переводить Мукула. — Он мбунду, их язык похож на бемба, а английского он не знает, только португальский. Врет, наверное. Видно, что бывший военный и людоед. Вон морда какая круглая!

— Ты переводи то, что он говорит! — недовольно сказал Горин. — Твоим мнением я потом поинтересуюсь.

— Он пожелал мира вашему дому и просит их всех вместе с землей забрать к себе. Электричества нет, а без него машины не ездят, а дичь убежала далеко, да и патроны закончились. Осталось только есть людей, но они не хотят. Точно врет! И еще он говорит, что плохо, что у вас нет женщины. У мужчины без нее холодная постель и жестокое сердце. Эту девчонку они вам дарят просто так, но от капусты не откажутся. Говорит, что она не тронута мужчиной, и заразы в ней нет.

Вождь что-то сказал девчонке и толкнул ее к Горину. Та подбежала к машине и вцепилась директору в руку.

— Скажи, что капусту им сейчас привезут, — вздохнув, обратился Горин к своему переводчику: эта малышка за прошедший месяц была уже третьей.

Мукула перевел, а девица, поняв, что ее не прогоняют, просияла и, открыв дверцу, забралась Горину на колени. И не прогонишь: другого места в машине не было.

— Поехали! — приказал Горин шоферу. — А эти пусть ждут. Сейчас высадишь нас у дирекции, а девушку отвезешь ко мне домой к остальным. Мукула, скажи ей, что сейчас ее отвезут в мой дом, а позже осмотрит врач. И добавь, чтобы не ерзала у меня на коленях, соблазнительница хренова.

— Что будете делать со своим гаремом, Василий? — спросил Свен, когда они зашли в директорскую. — Это вы их считаете девочками, они сами думают иначе. Доиграетесь, что вас дружно изнасилуют. И с этими побирушками нужно что-то делать. У соседей, кстати, то же самое, и это только ближние. А когда узнают остальные, что здесь кормят?

— И что вы предлагаете, Свен? — спросил Горин. — Взять еще и этих, а потом следом за Анголой всю Африку?

— Зачем нам Сахара? — усмехнулся Свен. — Да и египтяне с арабами, как бы их мало ни осталось. А вот все южнее Сахары я бы забрал. Населения осталось с гулькин нос, а потенциал огромен. Свою государственность они сами сейчас создадут только через сотню лет, а пока будут жрать друг друга. Вы же не станете отрицать, что здесь все сильно отстали в развитии? И ни французы, ни англичане ими толком не занимались. А сейчас выбито почти все городское население, которое с натяжкой можно было отнести к цивилизованным людям. Если вылечим жалкие остатки населения, приставим их к делу и обеспечим нормальную жизнь, они нам с вами потом памятник поставят! Уже сколько поколений чернокожих жило в голоде и болезнях! Они другой жизни и не знают. А люди, в общем-то, неплохие, если ими нормально управлять.