Коррекция: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Что ты такой мрачный? — спросила Лида, когда приехали домой. — Это не связано с японским землетрясением? Ты ходил в Центр связи, чтобы связаться с Сатоми Морисима?

— Как жить с человеком, который видит тебя насквозь? — сказал Алексей. — Я в последнее время что-то начал слишком близко к сердцу принимать чужие беды. Знал же, насколько трудно придется японцам, а все равно стало тоскливо, когда узнал, что их почти не осталось. Сто миллионов человек! А времени прошло меньше полутора лет. Но на них все напасти сыпались: и кислотные дожди, и китайские радиоактивные осадки, и землетрясения с извержениями вулканов. Да и больших запасов продовольствия у них не было.

— И что теперь? — спросила Лида.

— Всех, кого спасем, приютим у себя, — ответил муж. — Досидят до тепла, а потом найдем, где их поселить. Наверное, выждем, как я и хотел, двадцать лет и запустим их в Китай. Разрешим занять на побережье хорошие земли, а они в ответ за все добро почистят для нас Китай.

— Хочешь его все-таки занять?

— Он нам, малыш, не сильно нужен, но занять придется. У нас с ним только на востоке общая граница больше четырех тысяч километров, да и на западе не меньше. Индию у нас занять вряд ли получится, да я туда и не рвусь, а Китай за собой застолбим. А японцев на полноценную нацию уже не набирается. Мы их детей забрали больше, чем их осталось. Так что, скорее всего, войдут они в наше государство на правах автономии. Мы их тянуть не будем, сами попросятся.

— Жалостливый ты стал, как я посмотрю! — усмехнулась Лида. — С чего бы это? Европейцев, которые рядом и вроде бы понятны, мы пропускаем сквозь мелкое сито, а японцев, у которых мозги работают иначе, берем на содержание без всяких тестов. Про англичан я уже не говорю: полмиллиона живых покойников выхаживали!

— Японцы себе продовольствие сделают сами, мы только поможем, — возразил Алексей. — И со своими людьми мы их мешать не станем. Эта нация, несмотря на всю свою чуждость, знает, что такое честь и будет благодарна за помощь. А европейцы страдают разжижением мозгов. Не все, но многие. Долго помнить добро они не способны. А за англичанами поперлись на край света и выхаживали, потому что их премьер забрал с собой лучших. Он, можно сказать, за нас провел отбор. И наше участие запомнят не только спасенные, а и все остальные.

— У тебя и жалость в конечном итоге оборачивается трезвым расчетом и выгодой, — вздохнула Лида. — Неужели и я такая же?

— Ты почемучка, — улыбнулся муж. — Каждый вечер что, да почему.

— Потому что ты гораздо больше знаешь, и знаниями сам не делишься. Сел на диван, обнял, отсидел свою норму и на боковую! Составляли бы хоть итоговую сводку за день для тех министров, которые не протирают штаны в твоем кабинете. Я бы тогда тебя тоже молча обнимала.

На следующий день перед обедом Алексею позвонил на комм председатель Комитета.

— Алексей Николаевич, у нас появилась интересная информация. Запустили на обработку записи с камер тех разведчиков, которыми обследовали Китай. Сегодня утром машина отобрала кадры, на которых были самостоятельно перемещающиеся объекты. На одном фрагменте видно, как из-за россыпи камней во что-то вроде пещеры заскочил человек. Пошлем группу?

— Посылайте, Василий Петрович, — сказал Алексей. — Только пусть оденут скафандры, а этого китайца как следует упакуют и поместят в карантин. Не будем зря рисковать, пусть сначала с ним поработают ученые.

Город лежал в руинах. В отдельных местах еще возвышались остатки высотных зданий, но остальное превратились в бетонное и кирпичное крошево, из которого торчали изогнутые металлические конструкции. Входы убежищ были расчищены, и сейчас из них бесконечной чередой к громадам "Ковчегов" шли японцы. Мужчины и женщины, одетые в комбинезоны, которые, как знал Рощин, неплохо защищали от радиации. Стариков он среди них не видел, а дети попались на глаза только пару раз. Проходя мимо него, они кланялись и вежливо улыбались, но в глазах этих людей стыла тоска. Каждый нес в руках только небольшую сумку.

— Городами под землей только занялись, — сказал Рощину шедший с ним рядом японец. — В первую очередь расчищали убежища здесь. А там, если кто-то выжил, могут подождать. Воздуха много, и в каждом городе свой реактор. А землеройной техники у нас много, зря вы привезли свою.

— Посмотрим, — ответил Рощин. — У вас здесь все прекрасно организовано, так что поедем лучше к месту работ.

Вход в один из подземных городов располагался в километре от окраины разрушенного Итиносеки и представлял собой бетонный купол. Неподалеку стояли грузовые "Ковчеги", из которых выгружали нужное оборудование.

— Шахту смяло, — пояснил японец, показав рукой на купол. — Через вход не пробиться, проще прокопать другой. Есть еще два аварийных выхода, но там то же самое. Очаг землетрясения был недалеко…

— Вы свою технику пока не задействуйте, — попросил Рощин. — Лучше подтяните нам электропитание для комбайна. У него есть встроенные накопители, но это только аварийный резерв. А энергии ему нужно много. План верхнего яруса у вас есть?

— Кабель сейчас подведем, — кивнул японец. — План, конечно, есть, только он без точной привязки к поверхности.

— Ладно, найдем сами. За вами кабель.

Рощин подошел к спасателям, которые уже выгрузили комбайн с цистерной уплотнителя и сейчас выгружали остальное.

— Почему дали только два "Ковчега"? — сердито спросил Рощина старший группы. — Мы сможем начать работы только по трем городам!

— Вот и начинайте, — спокойно сказал Рощин. — Грузовые "Ковчеги" заняты на перевозке продуктов. Начали раскупоривать склады с продовольствием, поэтому они все там. Ничего, хватит и этих. Сейчас развезут оборудование и сделают еще один рейс. Японец сказал, что если внизу кто-то выжил, то должны дождаться помощи. Реакторы там есть, и он почему-то уверен в том, что они уцелели. Планы городов у них есть, но долго делать привязку, поэтому действуйте сами.

Старший отдал несколько распоряжений, и спасатели быстро установили в разных местах площадки выгрузки с десяток датчиков. Громыхнул взрыв, и на большом экране интровизора появилась картина части коридоров верхнего яруса.

— Есть точка врезки! — сказал оператор. — Ставьте комбайн возле пятого датчика!

Загудели электромоторы, и комбайн, задрав в небо блок фрез, переполз в указанное место. К нему подогнали цистерну, и соединили ее намотанным на барабан шлангом. Вовремя подъехала машина японцев, от которой отцепили питающий кабель и быстро подключили его к комбайну.

— Десять градусов влево! — скомандовал оператор. — Угол заглубления – сорок. Пока нормально, потом внесем коррективы. Пошел!

Диск фрез наклонился под нужным углом и комбайн на глазах начал погружаться в землю. Когда на поверхности осталась только его задняя часть, спасатели быстро пристыковали к ней двадцатиметровую транспортную спираль. Опять заработали моторы и комбайн уполз под землю, а за ним поползла спираль, выбрасывающая наружу срезанный грунт. Когда и она скрылась в прорытом туннеле, двигатели остановили и спираль нарастили.