Князь. Молитва относится, сударь, к богу — а не к делу; объясняйте дело!
Ну-с извольте же… (Варравину.) Что же это такое?
Муромский (в замешательстве). О… Когда… а… Теперь… а…
Варравин. Извольте объяснять их сиятельству ваше дело.
Муромский (судорожно). Теперь… когда… ваше сиятельство, мною было… предложение Кречинского принято, то дочь моя, будучи уже невестой… уже невестой… действительно отдала ему этот камень, для того будто, чтобы показать его знакомым; ну только возьми он этот камень да и заложи ростовщику Беку, — то есть не этот камень, а подложный, ваше превосходительство, — изволите понимать — подложный… Ну я, видя это, ростовщику Беку деньги отдал. То есть я деньги-то отдал после, а тут дочка моя настоящий-то камень ему отдала; ну — и он не ищет, и я не ищу; только тут и взялась полиция, да и ввернула нам следствие об этом подлоге.
Князь. Подлог, сударь, воспрещен законом. Где подлог, там и следствие. На что вы жалуетесь? Вам с дочкой оправдаться нужно, а вы жалуетесь.
Муромский. В чем же невинному человеку оправдываться?
Князь. Невинному, сударь, и оправдываться; а виновный у меня не оправдается — за это я вам отвечаю. Продолжайте.
Муромский. При допросе Кречинский показал, что это было и совершалось ошибкою — да мне что Кречинский; только так и дочь моя сказала: «это была ошибка»; а бывший при этом случае полицейский донес, что будто она сказала: «это моя ошибка» — из этого и произошло все дело; моя, говорят, так, стало, ты!.. Несчастную эту девушку и заподозрили: кто говорит в соучастии, а кто говорит в знании о намерении совершения преступления.
Князь (отдувается). Фу-у-у!..
Варравин (тихо князю). Не дурно ли себя чувствовать изволите?
Князь. Тяжело…
Муромский (ободрившись). Так тяжело, ваше сиятельство, что и сказать нельзя!.. стало, все и следствие ведено теперь о любовной будто связи моей дочери с Кречинским. Подвели и свидетелей: моего повара Петрушку да Расплюева, бродягу, — они дочь мою и оговорили. Поступило в суд. Ну, там вертели и наконец решили оставить, говорит, Муромскую в подозрении будто в незаконной связи. Помилуйте, ваше сиятельство, — лучше ее повесить.
Князь (вздыхает и трет желудок). Фу-у-у!..
Варравин (тихо князю). Не прикажете ли чего?
Князь. И сам не знаю, давно этак не случалось.
Муромский (расставив руки). С тех пор как свет стоит, не случалось!.. Много в нем неправды бывало — ну этакого случая не найти!.. Вот как фокус какой: из ничего составилось дело, намоталось само на себя, да нас как… мух каких в эту паутину и запутало… благоволите выслушать далее.
Варравин (тихо). Соды бы.
Князь (указывает на стакан). Третий пью; не бык же я!
Муромский. Бык?! а — да! Так точно о быке была речь, но и здесь ничего нет. Положим, ваше сиятельство, до скотины-таки я охотник…
Князь. Кто же тут до скотины охотник?!!
Муромский. Я-то, — я, ваше сиятельство.
Князь (Варравину). Он говорит, что он до скотины охотник.
Муромский. Так точно, — однако не мог же я на тирольского этого быка дочь сменять?! Следователи мне запрос, где, говорят, этот бык? я, чтобы кончить такие пустяки, ответил — съел, мол, я его!.. Так ехидство какое! Взяли да залпом мне временное отделение в вотчину и наслали, — ну и оказался этот бык жив!..
Князь (наливает себе стакан). Что это! У него дочь (пьет); дочь он будто сменял на быка — сомнительно (пьет); быка съел — верю; а бык жив! (хлопает кружкой по столу) — не верю! приказная штука! не верю!..
Муромский (с напором). Жив!! Ваше сиятельство!..
Князь. Жив!! А… Тьфу! (Плюет.)
Муромский. Этим самым быком я им и попался в лапы. Быка отдали они на особенное попечение местной власти, а меня предали суду за лживое, говорят, показание…
Князь. У меня лоб трещит — я ничего не понимаю.
Муромский. И я тоже, ваше сиятельство, ничего не понимаю.