Она видит барышню, которой случайно достался выигрышный лотерейный билет.
Она все прекрасно понимает.
А Сашу мне жаль. Думаю, что ему еще предстоит прозрение, и как всякая операция, она не пройдет безболезненно.
Но я хотел писать совсем не об этом.
У Блоков гостит их дальняя родственница, вдова генерала Елагина. Приехала она не одна, с дочерью, недавней выпускницей Смольного. Александра Викторовна, которые все знакомые называют просто Сандра, — прелестная девушка. Таких красивых барышень мне редко доводилось видеть. К тому же, она чрезвычайно независима и имеет собственное суждение обо всем на свете, хотя маменька, верно, не раз говорила ей, что это не идет к молодой девушке.
— Петербургский? — переспросила она меня. — Вы тот самый писатель?
— Я писатель, — ответил я, не сумев понять, что значит слово «тот самый». — Вы читали мои романы?
— Пришлось, — ответила мне барышня с легкой гримаской. — Вашими книгами чрезвычайно восхищалась наша классная дама.
— А каково ваше мнение? — спросил я.
Она, склонив голову на бок, посмотрела на меня удивительно длинными, как у египтянки, глазами, и ответила:
— Мне они не нравятся.
Я слегка опешил. Нужно ли говорить, что свое неодобрение воспитанные люди выражают в иной форме?
— И что же вам не нравится? — спросил я довольно глупо.
— Вы пишите о том, чего в жизни не бывает, — ответила эта непостижимая особа. — Сплошная мистика. Впрочем, некоторые пишут о том же, но гораздо хуже.
Она слегка зевнула, прикрыв ладошкой рот, и отошла к маменьке.
Вот вам пример подрастающего молодого поколения! Ни деликатности, ни хорошего воспитания, ни умения тактично выражать свое неодобрение…
Интересно, чему их теперь учат там, в Смольном?
Лиза — выпускница того же института, но между Лизой и Сандрой такая же разница, как между императрицей и курсисткой. Да, кстати, услышал у Блоков презабавную новость: композитор и химик Бородин добился открытия Высших учебных курсов для женщин! Представляете, женщины теперь смогут получать высшее образование наравне с мужчинами! Как вам это нравится?
По-моему, семья под угрозой.
К чему хорошему сможет привести этот проект? В конце концов, женщины потребуют равенства полов, начнут поголовно работать и зарабатывать себе на жизнь… То есть переместят свои интересы в сферу мужской деятельности и перестанут заниматься своими прямыми обязанностями: домом, детьми, семьей…
Говорят, что Бородин считает женский ум ни в чем не уступающим мужскому. Он даже высказался в том духе, что некоторые его ассистентки разбираются в химии значительно лучше некоторых его коллег-мужчин.
Что ж, ему видней. Только жена Бородина, насколько мне известно, высших курсов не кончала.
Скажу прямо: «Князь Игорь» — прелестная опера, но оперный театр — единственное место, где я буду слушать Бородина с удовольствием».
На этом вторая запись закончилась. Я отложил дневник в сторону и немного посмаковал подробности, которые узнал из рукописи.
Выходит, мой прадед был знаком с Александром Блоком! Да, конечно, они были современниками, хоть прадед мой значительно старше поэта. Прадед родился в 1860, а Блок…
Я немного напрягся. Блок родился в 1880, если мне не изменяет память. В ту пору, когда мой прадед начал вести дневник, поэту исполнилось двадцать пять. Фантастика какая-то.
Хотя почему нет? И Пушкин, и Достоевский, и Бальзак тоже были чьими-то современниками. И тоже не чурались общества, насколько мне известно.
Есть еще одна интересная деталь. То, что мы с прадедом родились в одном и том же шестидесятом году с разницей в столетие, я отметил давно. Знаю и то, что мы принадлежим к одному зодиакальному знаку. Мой день рождения двадцатого марта, а прадед родился двадцать пятого числа того же месяца. Как сказал бы Егор, у нас с прадедом полная совместимость натур.
— Полная, — сказал я мрачно. — Вплоть до сумасшествия.
Тут же вспомнил, что запретил себе разговаривать вслух и замолчал.