Возьми ее, — сказала Филомена подруге. — По- моему, она тебе больше к лицу!
Правда?
Да, мне так кажется! — подтвердила Филомена.
Ну, что же, я буду ее носить каждый день. А вот Гераклу, я считаю, больше к лицу мое платье.
У величайшего из героев весьма пикантный вид!
Вот и я о том же! Кстати, чтобы дополнить картину до конца, надо научить его другим женским штучкам.
Каким? — поинтересовалась Филомена.
Научить его прясть шерсть, вышивать и так далее. Как, Геракл, научишься?
Геракл с неподдельным ужасом слушал разговор царицы с подругой. Его, величайшего из героев, хотят заставить заниматься женской работой! Он должен научиться сидеть, согнувшись за ткацким станком или прясть шерсть руками, привыкшими владеть острым мечом, натягивать тетиву тугого лука или разить врагов палицей! А Омфала, ехидно смеясь, будет надевать на себя его львиную шкуру, добытую в честном поединке! Эта шкура будет покрывать всю царицу и волочиться за ней по земле! Нет, это просто утонченные муки, и только женщина могла до такого додуматься!
Пожалуйста, поноси еще немного этот наряд, Филомена! — сказала царица. — Я сейчас отведу Геракла в одно место, а потом мы продолжим нашу прерванную беседу!
Филомена поклонилась и отошла в глубину зала.
Иди сюда, раб! — вдруг строго приказала Омфала, подойдя к маленькой двери за троном.
Геракл, понурив голову, подошел к своей госпоже. Его ноги путались в подоле платья.
Омфала распахнула дверь, оттуда послышался шум ткацких станков и женские голоса.
Заходи! — кивнула головой на дверь царица.
Геракл послушно прошел в дверцу.
Он увидел довольно обширную комнату, сплошь уставленную ткацкими станками. За каждым сидела девушка. Несколько девушек сидели отдельно, перед ними стояли специальные подставки с нанизанными на них клочьями шерсти. Девушки тянули руками из клочьев шерстяную нить, наматывая их затем на деревянные палочки.
Это моя маленькая мастерская, — объяснила царица. — Здесь я шью все мои наряды.
Ты шьешь? — с недоумением переспросил Геракл.
Ну не я, а мои мастерицы, — с досадой поправилась Омфала. — Какая разница? А теперь ты будешь мне шить платья, раб!
Она легонько подтолкнула Геракла вперед.
К ним от станков подошла симпатичная девушка и согнулась в почтительном поклоне.
Илахна, как идет работа? — поинтересовалась царица.
Илахна ответила тоненьким голоском:
Все хорошо, благодарим тебя за твою доброту!
Это — старшая над моими работницами! — объяснила Омфала Гераклу.
Силач с интересом принялся рассматривать девушку, которая годилась ему в дочери. Она была мила по молодости, имела гладкую шелковистую кожу и ямочки на щеках. Черные ресницы были так длинны, что, казалось, солнце никогда не отражалось в этих глазах.
Не вздумай совратить ее! — громко сказала Омфала, заметив интерес Геракла. — Иначе тебе придется плохо!
Тут девушка заметила, что один из вошедших — мужчина, и что на нем женское платье, а также то, что царица Омфала полностью обнажена.
Внешним видом царицы девушка вроде бы удивлена не была, по крайней мере, ничем не выдала своих чувств, но на Геракле остановила пораженный взгляд.