Она горит огнем. Я сжимаю кулак, чтобы не заорать.
— Дерьмо, — извергаю я.
Я поворачиваюсь к реке и быстро двигаюсь вдоль его течения. На береговом помосте, который окружает что-то, что раньше было, вероятно, каменными львами, я останавливаюсь.
Степени ведут вниз к причалу, и там закреплена лодка. Она не новая, но все-таки она плавает.
Нет оснований медлить. Я бегу по ступеням вниз.
Лодка закреплена потрепанным канатом, весла торчат в корпусе, кроме того на земле разбросана куча хлама: бутылки воды, приборы для дыхания, спальные мешки, носки, пистолет.
Дальше вдоль причала пришвартована еще одна лодка. Они могут последовать за мной, если он поймают меня, и на второй лодке может быть оружие.
Но как бы то ни было, я должен попытаться защититься. Я прыгаю в лодку, она качается и ударяется о причал, немного воды попадает внутрь.
Я сажусь вниз, чтобы не свалиться в реку, хватаю пистолет и прячу его в пальто. Затем открываю рюкзак и запихиваю туда спальный мешок.
И застываю, когда слышу шаги. Затем я замечаю девушку, которая бежит в моем направлении за береговой стеной.
Она спускается и, заметив мой взгляд, она кричит:
— На моей лодке! — когда она достигает последней ступени, то поскальзывается и падает вниз с лестницы.
Поспешно я развязываю узел на канате.
— Нет! — умоляет девушка. — Подожди! — она сидит наклонившись вперед, держась за живот. Девушка убирает волосы с лица и медленно встает на ноги. Я свободно гребу. Это труднее чем я думал, течение тянет меня. — Мне нужен кислородный баллон, — кричит она. У нее уже есть один и поэтому я гребу дальше.
Они все носят его? Кому здесь не нужен кислород?
Она распахивает пальто. Ее живот круглый.
— Пожалуйста, — всхлипывает она. — Я беременна.
Ей не может быть больше шестнадцати с ее стеклянными глазами-шариками. Ее куртка полностью промокла, волосы приклеились к лицу. Я не могу обокрасть беременную девушку.
Так низко я еще не опустился.
— Ты здесь не одна, — утверждаю я. Она кивает и бросает взгляд через плечо.
Не знаю, могу ли я доверять ей, но я перестал грести, чтобы позволить течению отнести меня к ней. Я бросаю ей канат, и она туго привязывает лодку обратно к якорной стоянке.
— Спасибо, — говорит она, как раз тогда, когда парень ее возраста показывается на лестнице. На нем нет аппарата для дыхания, и он дышит, как сумасшедший. Когда он подходит ближе, я бросаю ему бутылку из лодки.
Он ловит ее, прижимает маску к лицу и делает пару глубоких вздохов. На его опухшей нижней губе красуются две фиалки. Он выглядит как кто-то, с кем Сайлас познакомился бы.
— Вон из лодки, — говорит он.
Я больше не хочу рисковать: моя рука скользит в карман пальто и обхватывает пистолет.
— Вы - мятежники?
— Вон из лодки, — повторяет он. Я твердо держусь за столб, другая рука все еще на пистолете и выбираюсь на причал.
— Мне нужно двигаться в западном направлении, — объявляю я.
— Что тебе там нужно? Ты не выглядишь как Извергнутый. И ты также не принадлежишь к мятежникам, — говорит девушка. Она явно думает, что я выгляжу как полоумный.
— Мне нужно место под названием Секвойя.