— Не матерись…. Да, всё! Но и потом это будет не такая любовь, которую ты ждёшь. Не такая как я испытываю к Вере. НО! Я дам тебе кое-что, которое ты будешь любить сильнее меня и папы…. Это ребёнок, который будет любить тебя сильнее всех. До тех пор, пока не встретит другое существо, которое она будет любить сильнее тебя. Такова природа любви.
— Плохой! Ты плохой! Мог бы соврать.
— Таиска врёт. Разве она тебе не пример? Она только до свадьбы любила его и в первое же соитие мысленно изменяла ему с парнями из деревни.
— Я всё равно тебя люблю.
— А папу?
Ника надолго задумалась. Я тоже думал. О Вере. Маме. Взял мобильник, написал СМС.
«Привет, любимая!»
«Пашенька, привет»
«Где вы?»
«До Омска сотня осталась))) Сняли два номера в мотеле.»
«Они тебя оставили мёрзнуть?»
«Да!))) Вы как?»
«Готовимся делать твою тёзку».
«Вам хорошо! Надо было у мамы взять имитатор))). Хоть бы обняла его, пососала.))) Я не пошлая?)))»
«Главное, что не материшься))!»
— Паш, я его тоже люблю. — влезла под мою руку Ника. — С Верой переписываешься?
— Ага.
«Значит, пошлая?»
«Такая пошлость мне по душе!!!»
— Папу любишь как меня?
— Да. Это плохо?
«Я бы обсосала его, затем начала трахать себя в попку))) Довела бы себя до оргазма, шепча сквозь расстояние «Пашенька, муж мой, я тебя люблю!!!»
— Нет, Ника, это хорошо. Способность любить, главное достоинство нормального человека.
«Я целую тебя в мочку ушка, посасываю его. Мурашки пробегают по твоему телу. Я сжимаю сосок, он твёрдый, хрустит, ломается, но сразу восстанавливается для последующих ласк.»
— Ника, вон там на шифоньере, стоит ноутбук. Тащи его сюда, посмотришь, что там записалось.
«Потом прокладываю дорожку от соска до пупка, языком вылизываю из него пот. Ладонью сжимаю твой лобок. Он чисто побрит, скрипит как струна скрипки. Ножки твои непроизвольно раздвигаются. От промежности твоей исходят дурманящие меня ароматы!»
— Чо тут смотреть?
Мне приходится отвлечься. Открываю нужные файлы, включаю проигрыватель.
«Я начинаю лакать твою сокровищницу. Соки, льющие потоком, такие сладкие, что я мгновенно пьянею. Я дурею. Потому что тот орган, который я хочу ввести в тебя до того огромен, что может разорвать тебя до пупка».
— Так вот о какой записи ты говорил. Таисия, кстати, обронила свою игрушку. Щас я её принесу.