— Этого только недоставало!
— Действительно, очень неприятно.
— Неприятно? Странная манера выражаться.
— А что, по-твоему, я должна была сказать? Что это трагедия, что мы обесчещены?
— Во всяком случае, это было бы ближе к истине.
— Не надо преувеличивать.
Он в бешенстве вскочил с кушетки.
— Преувеличивать! Значит, по-твоему, здесь есть что преувеличивать. Достаточно самих фактов, даже более чем достаточно.
— Хорошо… я сказала глупость, если так тебе легче.
Дельфина казалась совсем спокойной, даже улыбнулась, словно разразившаяся буря очистила атмосферу. Наконец-то вполне определенная неприятность, неприятность, какую можно выразить словами…
— Легче… Нет, ей-богу, что ни слово, то… Будто речь об этом идет. В такие минуты… — И помолчав, спросил: — Ну, что будем делать?
— Сама не знаю… Мы должны принять решение…
— Да, но эта кража все меняет.
— Как так?
— Не понимаешь, нет? Вот уж воистину, женщины…
— Что женщины? Пока что речь идет не о женщинах, а о молодом мужчине. Терпеть не могу твоих расистских штучек: женщины, дети, негры…
— Сейчас не время философствовать.
— Для того чтобы честно мыслить — всегда время.
— Только сбила меня. О чем это мы говорили? Ах, да! Я сказал, что эта кража все меняет. Приходится возвращаться. Я не могу рисковать, не могу допустить, чтобы моего сына осудили, а я при этом буду сидеть сложа руки и даже не попытаюсь ему помочь.
Молчание.
— А ты, Дельфина, что ты собираешься предпринять?
— Видишь ли… Сама еще не знаю.
— Иные решения, иные поступки идут прямо из сердца. Размышления порой даже неуместны. Хотя, конечно… Каждый реагирует по-своему.
— Совершенно верно…
— Послушай, Дельфина, очнись. Ты сама отлично понимаешь, что надо возвращаться. Поскорее увидеть сына.
— Тебе, возможно, и надо. А я… я еще посмотрю. Сейчас самое главное, чтобы ты был с детьми.
— Тебе решать. Но и мать тоже в подобных обстоятельствах…
— Мать!.. Отец отлично все уладит и без матери.
— Как тебе угодно, но не скрою, что я весьма и весьма удивлен. Впрочем, решай сама. Пойду к портье, узнаю, когда ближайший рейс. Пока я буду договариваться, ты тут подумай и скажи.
— Хорошо.