– Только посмотри, что он со мной сделал.
Я вытягиваю шею, смотрю на его руки и ничего такого не вижу.
– Руки как руки, Хулио.
– Нет, старик. Ничего подобного. Это не мои руки, а его. Его чертовы руки.
Я отвешиваю ему подзатыльник:
– Кончай уже.
Итак, Саймон посылает Хулио в отель к Джаветти. Задача – прижать ублюдка, уйти с камнем. Хрен знает, на кой Саймону камень. Наверное, дело принципа. Неважно. Суть в том, что вчера вечером Хулио должен был отчитаться боссу, но так и не явился.
В кармане куртки пиликает мой телефон. Это Саймон.
– Джо, старый мой приятель, – говорит он с акцентом кокни, будто и не жил пятнадцать лет в Штатах. – Ты его нашел?
– Ага, – отзываюсь я. – Он сам не свой. Что-то случилось, но он пока не рассказывает.
– А выглядит как?
– Как кусок дерьма. Думаю, он даже не спал. Пьет с утра.
Мало того, Хулио выглядит даже паршивее, чем минуту назад. Я опять его разглядываю. И точно – щеки ввалились. В общем, далеко не фонтан.
Хулио закрывает глаза, складывает руки, что-то бормочет на тагальском [2].
– С Джаветти он потолковал?
– Похоже на то. Сейчас он ведет себя стремно.
Тон Саймона становится резким:
– Камень у него?
Я кошусь на Хулио. Господи, кажется, он молится.
– Нет, – отвечаю я. – Он говорит, что нет. В общем, сдается мне, надо его отсюда уводить.
Бармен бросает на нас презрительный взгляд. Что ж, если Хулио полегчает, лучше ему бежать, да порезвее.
– Мне нужен этот камень, Джо. Чертовски нужен, приятель. Выясни, где он. Если Хулио видел Джаветти, то видел и камень. А значит, знает, где он. – У Саймона такой голос, будто он марафон пробежал.
– Да угомонись ты, – говорю я. – Я все узнаю.
Иногда Саймон ведет себя, как образцовая скотина.
Я поворачиваюсь к Хулио:
– Слушай, Саймон хочет, чтобы… – и подскакиваю от звона стекла.
Хулио хватает свою бутылку «Куэрво» и делает из нее «розочку» о стойку. Инстинкты орут мне валить, да поживее, но я не верю, что он нападет на меня с этой фигней. Тем не менее, я на всякий случай уворачиваюсь, приложившись о стойку левым коленом.
Оказывается, зря волновался.
Хулио хватает бармена за рубаху, рывком подтягивает к себе и замахивается бутылкой. Бармен орет и извивается, но вырваться не может. Хулио подтаскивает его еще ближе, клацает зубами, как будто хочет разодрать парню грудину и сожрать его к чертям.
Не обращая внимания на боль в колене, я прыгаю на Хулио. Беру его в двойной нельсон и оттаскиваю. Кто бы сомневался – бармен тут же линяет в подсобку.
[[2]Тагальский язык (тагалог) – государственный язык Филиппин.]