Канцелярский клей Августа Мёбиуса: читать начало книги онлайн

— Конечно желаю, только давайте сначала выйдем из электрички.

— Ха-ха! Значит так заговорил!

— Мам, а дяди плохие?

— Плохие.

— А какой из них хуже?

Я крепко сжал запястья хрипящего Ярослава так, чтобы он разжал свои рыболовные крючки, но сил моих не хватило (завтра же начну заниматься с гантелями), и мой свитер продолжал безобразно растягиваться в разные стороны. Динамик над моей головой прошипел, что электропоезд совершил остановку на станции «Пионерская», двери электрички раздвинулись, я отпустил запястья Ярослава, переместил вес тела на правую ногу, оттолкнулся, резко переместил вес на левую и отправил моего нового товарища в не совсем полезный для его здоровья нокаут.

Под указательные пальцы, направленные из окон электрички мне в висок, я вместе с двумя садоводами свернул к деревне Михайловке.

— А вы зря тогда не взяли семена у Авдотьи Романовны, я взял, и знаете, такие сладкие помидоры и большие — вот такие!

— Да ничего, у меня самого вот такие и тоже сладкие.

— Нет, у вас не такие, эти намного больше и поспевают гораздо…

— Да где гораздо-то?! У вас поспели, а у меня давно уже были!

Садоводы повернули направо, я налево.

Девочка лет двенадцати закинула ногу, чтобы забраться на большой громоздкий велосипед «Урал». Тощие, спичкообразные ноги, розовые трусы на вырост, возможен ежемесячный ужас в глазах, но вряд ли.

Девочка очень строго на меня посмотрела и сказала:

— Чего уставился?!

Я сказал:

— Извините.

Леня Коромыслов рубил дрова.

— Здорово!

— Здорово!

— Как дела?

— Ничего, а у тебя как?

— И у меня ничего.

Можно взять паузу, а можно спросить чего-нибудь, например, про дрова:

— Что, дрова рубишь?

— Рублю. Надо. А то уже…

— Я тут тебе чемоданчик привез от Георгия Григорьевича.

Леня бросил топор в полено, взял чемоданчик и ушел в дом. Старая всклоченная сука выползла из скособоченной конуры, я вспомнил далекое школьное слово «параллелепипед», сука коротко тявкнула, упала на правый бок, подставляя солнцу вытянувшиеся и почерневшие от бесконечного кормления сосцы.

— Витек, это, давай пообедаем, тут Любка наготовила, м?

Неохота.