Дипломатия в годы войны (1941–1945): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Агрессия гитлеровской Германии против Советского Союза превратила, по выражению Черчилля, уверенность англичан в неизбежности советско-германского конфликта в действительность. Как только известие о новом акте гитлеровской агрессии было сообщено Черчиллю, последний вызвал к себе в загородную резиденцию в Чекерсе своих наиболее приближенных сотрудников – членов кабинета Идена, Бивербрука, начальника имперского генерального штаба Дилла и находившегося в Англии посла Великобритании в СССР Криппса и совместно с ними обсудил создавшуюся ситуацию. Хотя в то время среди правящих кругов Англии преобладали скептики, не верившие в возможность длительного сопротивления Советского Союза гитлеровской Германии, тем не менее на совещании было принято решение выступить с заявлением о поддержке СССР в войне против Германии. Как свидетельствовал один из ближайших сотрудников Черчилля Бивербрук, на совещании в Чекерсе господствовало приподнятое настроение – все его участники хорошо понимали, что, напав на Советский Союз, гитлеровская Германия намного ослабит фашистское давление на Англию[1]. Такие же эмоции вызвало это известие и среди многих американских деятелей. «Для меня, – вспоминает личный представитель Рузвельта при Черчилле А. Гарриман, – новость о гитлеровском повороте на Восток пришла как самое приятное облегчение, хотя мы еще не были в состоянии войны»[6].

В своем выступлении по радио вечером 22 июня Черчилль заявил, что нападение гитлеровской Германии на Советский Союз, которое он квалифицировал как очередной акт агрессии и вероломства со стороны гитлеровцев, является одним из поворотных моментов всей мировой войны. Хотя Черчилль и подтвердил свои антикоммунистические взгляды, вместе с тем он совершенно определенно высказался за поддержку Советского Союза в войне против гитлеровской Германии.

В заявлении английского премьер-министра особенно подчеркивалось то обстоятельство, что нападение гитлеровской Германии на Советский Союз является прелюдией к попытке вторжения на Британские острова. Черчилль отметил, что Гитлер, несомненно, надеется осуществить это свое намерение до наступления зимы. «Поэтому опасность, угрожающая России, – заявил Черчилль в заключение своего выступления, – это опасность, грозящая нам и Соединенным Штатам, точно так же, как дело каждого русского, сражающегося за свой очаг и дом, – это дело свободных людей и свободных народов во_ всех уголках земного шара»[7].

Принимая во внимание заявление Лондона, Советское правительство решило направить в конце июня 1941 года в Англию военную миссию во главе с генералом Ф.И. Голиковым для установления непосредственного контакта с английским военным командованием. Одновременно Советское правительство дало свое согласие на прибытие в Москву английских военной и экономической миссий, которые и прибыли в советскую столицу 27 июня. В ходе начавшихся переговоров советская сторона предложила англичанам подписать двустороннюю декларацию, которая включала бы два пункта: взаимопомощь и обязательство каждой стороны не заключать сепаратного мира. Черчилль ответил согласием на это предложение в послании Сталину, полученном 10 июля[8]. Переговоры привели к заключению 12 июля 1941 г. соглашения о совместных действиях в войне против фашистской Германии. Первая статья соглашения обязывала оба правительства оказывать друг другу помощь и поддержку всякого рода в войне; вторая – не вести на протяжении всей войны, кроме как с обоюдного согласия, переговоров, не заключать перемирия или мирного договора.

Быстрота, с которой было достигнуто соглашение, свидетельствовала о твердом намерении и взаимной заинтересованности обоих правительств в установлении союзнических отношений. Правда, во время московских переговоров не были ликвидированы расхождения между СССР и Англией по ряду вопросов, еще не была выработана конкретная программа взаимопомощи. Тем не менее соглашение широко открывало двери для установления дружественных, союзнических отношений между СССР и Великобританией. Оно имело важное значение в образовании союза государств, борющихся против фашизма.

Заключение англо-советского соглашения было с большим удовлетворением встречено как в Советском Союзе, так и в Англии. Выступая на пресс-конференции, заместитель начальника Совинформбюро С.А. Лозовский назвал упомянутое соглашение документом большого исторического значения, «в корне меняющим международную обстановку».

Подписание англо-советского соглашения о совместных действиях в войне против Германии предопределило и успешное завершение советско-английских переговоров по экономическим вопросам. Англо-советское соглашение о товарообороте, кредите и клиринге, подписанное 16 августа 1941 г., предусматривало поставки в значительных размерах английских товаров в СССР, а также поставки некоторых советских товаров в Англию. По указанному соглашению Англия предоставляла Советскому Союзу для оплаты товаров кредит в 10 млн. ф. ст. из расчета 3% годовых, сроком на пять лет. В соответствии с соглашением платежи между сторонами регулировались на основе клиринга[9].

Англо-советское соглашение о совместных действиях в войне против Германии и соглашение о товарообороте, кредите и клиринге явились первыми документами союзнических отношений между СССР и Великобританией. Английское правительство пошло на установление этих отношений потому, что это значительно укрепляло международное положение Англии и улучшало перспективы войны против гитлеровской Германии.

Другим важнейшим фактором, определившим создание англо-советского союза, явилась позиция английской общественности, английского народа по вопросу об англосоветских отношениях.

Сразу же после вероломного нападения гитлеровской Германии на СССР по всей Англии прошли митинги в поддержку освободительной борьбы советского народа. В стране создавались комитеты англо-советской дружбы. Во главе кампании по оказанию быстрейшей и эффективной помощи СССР находились английские рабочие. Так, на годичной конференции профсоюза шотландских горняков в июле 1941 года была принята поддержанная другими горняцкими профсоюзами «чрезвычайная резолюция», в которой говорилось, что «нашей центральной задачей в настоящее время является принятие новых мер для объединения всех усилий Англии с усилиями Советского Союза для защиты наших народов и совместной победы над общим врагом»[10].

Огромной популярностью пользовались в Англии так называемые недели дружбы с СССР, основной задачей которых являлось ознакомление английской общественности с жизнью советского народа. В программу этих недель входило проведение концертов из произведений советских и русских композиторов, организация лекций, демонстрация кинофильмов и т. д. Недели дружбы играли положительную роль в укреплении сотрудничества народов и государств антигитлеровской коалиции и способствовали разоблачению клеветы о Советском Союзе, распространявшейся буржуазной пропагандой на протяжении многих лет.

Однако с началом советско-германской войны антисоветские тенденции не перестали оказывать влияние на политику Англии. Многие английские военные руководители и некоторые члены правительства продолжали высказывать мнение, что Советский Союз окажется не в состоянии вести войну длительное время. В первые дни войны даже английский посол в Москве Криппс считал, что Советский Союз сумеет противостоять гитлеровскому вторжению не более нескольких недель[11]. В основе скептической оценки возможностей Советского Союза в войне против гитлеровской Германии лежали неверие многих буржуазных политических деятелей в силы советского общественного и государственного строя, их антикоммунизм и антисоветизм.

Имели место отдельные антисоветские вылазки английской пропаганды. Так, например, реакционная газета «Католик геральд» призывала англичан отказаться от какого бы то ни было сотрудничества с Советским Союзом. Британская радиовещательная корпорация Би-би-си в нарушение существовавшей традиции транслировать гимны всех союзников Англии не передавала советский гимн («Интернационал»). Однако не эти настроения и не эти тенденции определяли развитие политической жизни Англии в тот период. Мощное движение в поддержку Советского Союза, горячее стремление английского народа совместно со всем прогрессивным человечеством бороться до победного конца против фашизма – вот что оказывало существенное влияние на внешнюю политику Англии. Союз с СССР являлся жизненно необходимым для национальных интересов Англии. И как бы ни стремились враги Советского Союза в Англии преуменьшить значение англо-советского боевого содружества и опорочить Советский Союз, время было для этого явно неподходящее. Отдельные эпизодические выступления антисоветского характера встречали решительный отпор со стороны английской общественности и вынуждали врагов сотрудничества с Советским Союзом уходить за кулисы политической жизни Англии.

Расширение международных связей СССР

Вступление Советского Союза в войну привело не к ослаблению международных позиций СССР, на что надеялись правители гитлеровской Германии, а наоборот, к их усилению, к расширению международных связей нашего государства. Советская дипломатия добивалась привлечения к антигитлеровской коалиции всех сил, заинтересованных в борьбе против фашистской тирании. Так, в начале июля 1941 года Советское правительство заявило о своей готовности нормализовать отношения с Польшей, Чехословакией, Югославией и оказывать народам этих стран все стороннюю помощь в борьбе против фашизма.

Политика СССР в отношении этих государств была четко сформулирована в телеграмме советскому послу в Лондоне И.М. Майскому от 3 июля 1941 г.: «По вопросу о восстановлении национальных государств Польши, Чехословакии и Югославии Вам следует придерживаться еле дующей позиции:

а) мы стоим за создание независимого Польского государства, в границах национальной Польши, включая некоторые города и области, недавно отошедшие к СССР, причем вопрос о характере государственного режима Польши Советское правительство считает внутренним делом самих поляков;

б) мы стоим также за восстановление Чехословацкого и Югославского государств с тем, что и в этих государствах вопрос о характере государственного режима является их внутренним делом»[12].

На пути нормализации советско-польских отношений, однако, возникли большие трудности, чинившиеся как антисоветски настроенными польскими эмигрантскими кругами, так и их покровителями в Лондоне и Вашингтоне. Ими, например, был искусственно раздут в ходе советско-польских переговоров, проходивших в Лондоне летом 1941 года, вопрос о границах Польши. Тем не менее 30 июля 1941 г. в Лондоне было подписано соглашение между СССР и Польшей, в основу Которого были положены советские предложения. Соглашение содержало обязательства по взаимной помощи, а также согласие Советского правительства на создание польской армии на территории СССР.

Подписывая соглашение с польским эмигрантским правительством, Советский Союз стремился прежде всего к укреплению и расширению антигитлеровской коалиции, к восстановлению суверенитета Польши, проявлял свое горячее желание оказать всемерное содействие освободительной борьбе польского народа. «…Соглашение, предусматривающее восстановление дипломатических отношений, создание на территории СССР польской армии и т. д., является прежде всего выражением воли народов СССР и Польши довести совместно до победного конца борьбу против варварского гитлеризма, – было заявлено на пресс-конференции Совинформбюро 31 июля 1941 г. – Этим соглашением Советский Союз открыто заявил перед всем миром, что он за создание свободной, независимой Польши и что он с оружием в руках будет драться за свою свободу и за свободу Польши, за то, чтобы Польша обрела свою независимость и польский народ освободился от кровавого режима фашистских правителей»[13].

18 июля 1941 г. по инициативе Советского правительства было подписано соглашение о взаимной помощи в войне против гитлеровской Германии между СССР и Чехословакией. Соглашение предусматривало восстановление дипломатических отношений и взаимную помощь в войне против общего врага. Оно также предусматривало согласие Советского правительства на формирование национальных чехословацких частей на территории Советского Союза[14]

Советско-чехословацкое соглашение имело огромное значение для укрепления международных позиций чехословацкого государства. Благодаря инициативе Советского Союза Чехословацкая республика «снова вышла, – писал руководитель Коммунистической партии Чехословакии К. Готвальд, – на международную арену как законно признанное самостоятельное государственное образование со всеми атрибутами государственной суверенности»[15].

Советское правительство проявляло готовность и к установлению сотрудничества с силами Сопротивления Франции. 24 июня 1941 г. глава Французского комитета национального освобождения (ФКНО) генерал де Голль дал указание своему лондонскому представителю профессору Кассену заявить советскому посольству, что «французский народ поддерживает русский народ в борьбе против Германии и что в связи с этим мы желали бы установить военное сотрудничество с Москвой»[16].

Параллельно с этим де Голль через своего представителя в Анкаре Ж. Жува известил посла СССР в Турции С.А. Виноградова о своем желании установить прямой контакт с Советским правительством, направив в Москву нескольких своих представителей. На вопрос Виноградова, чем вызвано желание де Голля установить такой контакт, Жув ответил: «Генерал де Голль считает, что это было бы полезным, принимая во внимание тот факт, что Советский Союз и Франция являются континентальными державами и что поэтому у них имеются другие цели и задачи, чем задачи англосаксонских государств, являющихся в первую очередь морскими державами»[17].

26 сентября того же года произошел обмен нотами между Советским правительством и Французским комитетом национального освобождения, что явилось официальным признанием комитета со стороны СССР. В своей ноте Советское правительство выражало готовность оказать французским патриотам всестороннюю помощь и содействие в общей борьбе против гитлеровской Германии и ее союзников. Советское правительство выразило твердую решимость после достижения совместной победы над общим врагом «обеспечить полное восстановление независимости и величия Франции»[18]

Совместные акции СССР и Англии на Ближнем и Среднем Востоке

Установление советско-английских союзнических отношений позволило правительствам Англии и СССР осуществить летом и осенью 1941 года ряд важных совместных мер в районе Ближнего и Среднего Востока, который имел в тот период особое экономическое и стратегическое значение. Роль этого района еще более возросла в связи со вступлением СССР в войну. Через Ближний и Средний Восток проходили коммуникации Советского Союза с Великобританией и США.

Фашистская Германия собиралась использовать некоторые граничащие с Советским Союзом государства для нанесения с юга удара по СССР. Летом 1941 года гитлеровцы активизировали свою подрывную, антисоветскую деятельность в Турции, Иране, Афганистане. И хотя правительства этих государств сразу же после гитлеровского нападения на Советский Союз заявили о своем нейтралитете в войне, тем не менее позиция правящих кругов Турции, Ирана и Афганистана вызывала серьезные опасения. Взять, к примеру, Турцию. За несколько дней до развязывания гитлеровцами советско-германской войны в Анкаре был подписан турецко-германский пакт «о дружбе и ненападении». Заключение указанного договора в тех конкретных международных условиях не могло не означать открытого присоединения Турции к антисоветской политике гитлеровской Германии. Само нападение фашистской Германии на СССР, как свидетельствует германский посол в Анкаре Папен, было с одобрением встречено правительством Турции. Некоторые же турецкие круги стремились использовать тяжелое положение СССР летом 1941 года для осуществления своих агрессивных целей. Имея в виду эти круги, Папен сообщал в Берлин 5 августа 1941 г., что они склонны, по-видимому, «присоединить к себе… ценнейшие бакинские месторождения нефти[19].

Летом 1941 года заметно активизировалась подрывная деятельность гитлеровской агентуры и в Иране, где к этому времени находилось около четырех тысяч тайных агентов германской разведки, гестапо и пропагандистского аппарата. Особенно большое скопление немецкой агентуры наблюдалось в Тегеране и в близких к СССР городах, откуда подготовлялась засылка диверсионных групп в район бакинских нефтепромыслов и в Советский Туркменистан. Немало германских и итальянских агентов окопалось и в различных учреждениях и ведомствах Афганистана. Особенно активизировалась деятельность немецких и итальянских фашистских групп на территории Афганистана после нападения гитлеровской Германии на Советский Союз. Различные германские «эксперты», «экономические советники» усилили свою подрывную деятельность по организации террористических и диверсионных банд, которые нападали на советские пограничные посты, пытались забрасывать шпионов и диверсантов в Туркменистан, Узбекистан, Таджикистан. Все это требовало от Советского правительства проявления исключительно высокой бдительности в отношении развития обстановки в Турции, Иране и Афганистане. С одной стороны, Советское правительство разоблачало клеветническую антисоветскую кампанию, проводившуюся в этих странах, и осуждало антинациональную политику профашистских, антисоветских турецких, иранских и афганских кругов; с другой стороны, подчеркивая свое неизменное уважение к суверенитету этих государств, Советское правительство всячески стремилось предотвратить вовлечение их в фашистский блок.

Меры Советского Союза против вовлечения Турции, Ирана и Афганистана в фашистский блок встретили одобрение в Англии, где с опаской следили за событиями в этих странах. Этим и обусловливалось то обстоятельство, что оба правительства – Советское и английское – предприняли летом 1941 года ряд согласованных шагов в странах Ближнего и Среднего Востока. Так, 10 августа 1941 г. Советское и английское правительства сделали аналогичные представления турецкому правительству, в которых заявляли, в частности, готовность уважать территориальную неприкосновенность Турции и оказать ей «всякую помощь и содействие в случае, если бы она подверглась нападению со стороны какой-либо европейской державы»[20]. Предпринятый демарш ослаблял позиции профашистских кругов Турции, спекулировавших на клеветнических измышлениях о якобы агрессивных намерениях антигитлеровских государств в отношении Турции.