— Это да. Даже отличным.
— Хорошо. Так вот, сегодня вечером мы все втроем пойдем к Линэру.
— Кто это — втроем?
— Вы, я и ваша младшая сестренка Пьеретта.
— Вы не посмеете! — воскликнула она.
— Ничего страшного с ней не произойдет, — спокойно произнес Жак.
— А что Линэр скажет, когда вас увидит?
— Пускай говорит что хочет. Назначьте ему свидание на один из ближайших дней.
— А если нас увидят?
— Я буду ждать вас у калитки из переулка, который выходит на улицу де ла Пьер-де-Мор. Там никто никогда не ходит. Соседей напротив нет. Это стена винокурни Саботье. Я осмотрел это место.
— Но откуда вы знаете, что…
— Мои секретные источники.
— А почему вы хотите…
— Не беспокойтесь. Я просто прошу вас оказать мне маленькую услугу.
— Какая-то сомнительная история[91].
— В общем, подумайте, — резко ответил Жак. — Мне надо работать. Вы дадите мне ответ на днях.
На днях, когда он, например, пойдет в кино.
Перед входом в кинотеатр комдельной и отпактной группой о том о сем беседуют Бапоно и Саботье. Жак элегантно раскланивается с дамами, с различной степенью уважения пожимает руки господам. Тино держит себя очень приветливо, Жак про себя усмехается. У него спрашивают, как продвигается постановка пьесы, и он ловко переводит разговор на тему Концертного зала. Бапоно хлопает себя по лбу: чуть не забыл! Перед сформулированным таким образом запросом мэру Саботье ничего не остается, как пообещать все, что от него хотят. Звенит звонок, пора заходить и занимать места. Жак оказывается между мсье Бапоно и мадам Бапоно, деликатная ситуация, которая предписывает ему отказаться от обоих подлокотников и свести ноги вместе, прямо перед собой. Лучше не уклоняться ни вправо, ни влево. Наступает мрак, а вместе с ним документальный фильм о ловле сардины. В то время как на экране в трюм судна вываливаются потоки биомассы, Жак чувствует, что Бапоно незаметно завоевывает территорию. Жаку интересно, что мадам Бапоно сделала бы на его месте, учитывая, что он — не Бапоно. Он перемещает ногу в сторону мадам и прикасается к мясистой икре. Икра тут же отстраняется, как будто исчезает. Жак использует тот же прием в сторону мсье Бапоно. Патрон принимает приличную позу. Отныне все идет превосходно, и так — до финального заполнения консервных банок маленькими рыбками и зажигания света.
— Познавательно, — степенно изрекает Бапоно, с высокой колокольни плюющий на позвоночных, которых нельзя ни отравить, ни откормить.
Жак поворачивается к мадам Бапоно, которая бросает на него строгий взгляд. Марта, сидящая рядом с мадам Саботье, уже вся извелась. Тино болтает с отцом. Жак задумывается на тему бог знает чего. Он оглядывает зал и замечает Линэра, а неподалеку от него Пьеретту с сестрой.
— Кого это вы там высматриваете? — спрашивает Бапоно. — Какую-нибудь козочку?
Жак категорически отнекивается. Он уже подумывает о том, что с его стороны было бы вежливо наврать два-три комплимента мадам Бапоно, но в этот момент тьма вновь побеждает свет, на этот раз для проекции новостей. Ничуть не удивляясь, Жак видит, как он сам принимает парад парижского гарнизона, поднимается на вершину Гауризанкара[92], управляет спортивной гоночной машиной в Индианаполисе и, будучи министром спорта, выступает на торжественном открытии бассейна в окрестностях Парижа. Все это время Бапоно вел себя спокойно.
В антракте мужчины встали и пошли отметиться у писсуаров, покуривая сигареты. Дамы остались сидеть, посасывая леденцы.
— Мы как-нибудь еще поговорим о танцах, — сказал Жаку Бапоно, ухватывая его под руку, чтобы не потерять в толпе. — Это меня страстно увлекает. Послушайте-ка, — воскликнул он с восхищением, — ну и бицепсы же у вас. Обалдеть, обалдеть, обалдеть, ах как приятно щупать.
Саботье нужно было что-то сказать своему помощнику. Перед писсуарами по соседству с Жаком оказался Тино, который, поливая разверстую пред ним чашу, спросил:
— Ну, Сердоболь, как репетиции?
— Неплохо.
Он выплюнул окурок на сухой участок чаши и прицельной струей его погасил.
— Знаете, — продолжил Тино, — я считаю, что вы вредничаете.
— Не может быть, — ответил Жак.
[91] Вместо устойчивой идиомы pas très catholique (досл. не очень католическая) Кено употребляет сочетание pas très orthodoxe (не очень православная).
[92] Гауризанкар (или Гаурисанкар) — вершина в Центральных Гималаях, на территории Непала (7145 м).