— Нельзя! Нельзя! Иглы стоят два эре за десять штук, их не разрешается ронять на пол! Нет, вы опять режете в середине куска, с угла надо начинать, с угла, я сказала! Нельзя шить плащи, на каждого ученика полагается ткани на сорок крон в семестр, этого не хватает, шейте сумочки вместо плащей. Все должны связать по прихватке! Все должны связать по паре рукавиц! Свистеть нельзя, я сказала!
В позапрошлом семестре все должны были вышить что-нибудь крестиком. Даниель по каким-то причинам начал вышивать букет, который, как оказалось, был самым большим узором в книге по вышиванию. И он из вечера в вечер сидел перед телевизором и вышивал, и вышивал, и раскаивался, и проклинал самого себя.
На Рождество он получил в подарок от Рут «Большую книгу по вышиванию».
Учительница по рукоделию хочет быть другом детей. Она сшила себе маленькую попсовую сумочку, которую всюду таскает с собой. Дети за глаза смеются над ее дурацкой сумочкой.
Однажды она достала из нее блеск для губ.
— Кажется, с ароматом яблока, — сказала она и робко улыбнулась.
Тина заметила, что ей, наверное, очень подошла бы синяя тушь, ведь у нее такие длинные ресницы.
— Ага, наверное… Вы так думаете?.. — счастливо повторяет учительница и, достав из сумочки маленькое зеркальце, смотрится в него.
У нее почти нет ресниц.
Дети зовут ее ящерицей, но она об этом не знает.
А может, и знает.
Ракель день за днем сидит на диване и лепит глиняных человечков. Она и не знает толком, зачем она их делает. Они уродливы. Ей некому их подарить.
Если она упадет в пропасть, ей не за что будет ухватиться, и ей хочется упасть. Может, поэтому она и корпит с идиотским упрямством над этими уродцами. Когда готов очередной, она ставит его среди прочих в кухонный шкаф для просушки.)
Мучительнее всего, что Вернер даже не гордился ее любовью. А следовало бы.
Ему следовало бы гордиться тем, что она его любила.
Рикард прочитал книгу о гипнотизерах. Теперь он гипнотизирует Даниеля.
— Восемнадцать, девятнадцать, двадцать! Твое тело тяжелеет, тонет. Твои веки тяжелеют, ты спишь. Спи-и-ишь.
Даниель старательно пытается заснуть. Если очень глубоко дышать, то начинает кружиться голова. У него кружится голова, тело расслаблено и безвольно.
— Слышишь меня? — спрашивает Рикард.
— Да-а-а, — отвечает Даниель голосом призрака.
— Хорошо, повторяй за мной: «Я пришел с небес».
— Я пришел с небес, — бубнит Даниель.
— Я летел через космос, — продолжает Рикард.
Уголки губ Даниеля начинают подрагивать.
— Я летел через космос, — бормочет он.
— Знаешь, зачем я здесь? — возбужденно кричит Рикард.
Даниель чувствует, как в животе бурлит от смеха.
— Знаешь, зачем я здесь? — повторяет он.
— Нет, — кричит Рикард, — этого ты не должен был повторять! Это вопрос.
Даниель заливается смехом. Рикард раздражается.