Отсюда и в вечность: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава первая

Он кончил собирать вещи и, смахивая пыль с ладоней, вышел на веранду четвертого этажа казармы — подтянутый, худощавый парень в летней форме цвета хаки, еще по-утреннему свежей.

Он облокотился на перила веранды и стал смотреть через противомоскитную сетку на знакомую картину раскинувшегося внизу прямоугольного казарменного двора, на выходящие в пего фасадами четырехэтажные бетонные казармы с темными рядами веранд. Он испытывал стыдливую привязанность к тому теплому местечку, которое сейчас покидал.

Внизу под лучами нещадно палящего в феврале гавайского солнца тяжело, словно обессилевший борец, дышал казарменный двор. Сквозь дымку жары и легкую утреннюю пелену раскаленной солнцем рыжей пыли доносился приглушенный хор звуков: лязганье стальных ободьев на колесах повозок, подпрыгивающих па булыжной мостовой, хлопанье промасленных повозочных ремней, ритмичное шарканье покоробившихся от жары подошв, хриплая брань раздраженных сержантов.

Где-то на жизненном пути, думал он, ты встретил все это, и оно стало частью тебя самого. Ты узнаешь себя в каждом звуке, который слышишь. Нельзя отречься от этого, не отрекаясь в то же время от самой своей сути. И все же, говорил он себе, ты покидаешь этот привычный мир, отказываясь от места, которое он тебе отвел.

На незамещенной площадке посреди двора пулеметная рота вяло проделывала упражнения по заряжанию пулеметов.

Он стоял спиной к комнате с высоким потолком, где размещалось отделение, и прислушивался к глухо доносившемуся оттуда сплошному хулу: люди только что проснулись и начинали двигаться, осторожно, как бы заново осваивая тот мир, из которого их вырвал сон. Он прислушивался к приближавшимся сзади шагам и думал о том, как хорошо было долго спать по утрам в команде горнистов и просыпаться, только когда строевые роты уже занимались во дворе.

— Ты уложил мои рабочие ботинки? — спросил он, обращаясь к подошедшему. — Между прочим, они так быстро снашиваются.

— Обе пары на койке, — ответил голос позади него. — Лучше не мешать все в одну кучу с чистой формой. Коробку с иголками и нитками, несколько вешалок и полевые ботинки я положил в другой вещевой мешок.

— Ну тогда, наверное, все, — сказал первый паренек. Он выпрямился и облегченно вздохнул. — Пойдем подзаправимся. У меня еще целый час в распоряжении, до того как предстоит явиться в седьмую роту.

— Я все же считаю, что ты совершаешь большую ошибку, — сказал стоявший позади него.

— Знаю, знаю, ты уже говорил. Твердишь изо дня в день уже две недели подряд. Ты просто не понимаешь, Ред…

— Может быть, и не понимаю. Где уж мне разбираться во всех этих тонкостях! Но кое в чем другом я смыслю. Я неплохой горнист. Но до тебя в этом деле мне далеко. Лучше тебя нет никого в нашем полку, может быть, даже во всех Скофилдских казармах.

— Возможно, — задумчиво согласился первый паренек.

— Ну вот. Тогда почему же ты все бросаешь и переводишься?

— Мне вовсе не хочется переводиться, Ред.

— Но ведь ты переводишься.

— Да нет же, ты забываешь: меня переводят. Это разные вещи.

— Послушай… — начал Ред запальчиво.

— Нет, лучше ты послушай меня, — перебил его первый паренек. — Пойдем-ка к Чою и позавтракаем, пока эта орава не пришла туда и не уничтожила все его припасы. — Он кивнул головой в сторону встававших с коек солдат.

— Ты ведешь себя как мальчишка, — сказал Ред. — Тебя бы ни за что не перевели, если бы ты не наговорил глупостей Хаустону.

— Да, это верно.

— Ну пусть Хаустон и назначил этого юнца первым трубачом в обход тебя. Что тут особенного? Пустая формальность. У тебя же остается твое звание. А этот слюнтяй будет только играть на похоронах да трубить отбой на занятиях новобранцев.

— Да, только и всего.

— Вот если бы Хаустон разжаловал тебя и отдал твое звание этому сопляку, тогда другое дело. Но ведь звание-то осталось у тебя.

— Нет, не осталось. Раз Хаустон попросил командира полка, чтобы меня перевели, значит, не осталось.

— Если бы ты послушал меня и пошел к командиру полка, одного твоего слова было бы достаточно, чтобы все осталось по-прежнему — нравится это начальнику команды горнистов Хаустону или не нравится.

— Конечно. Только его херувимчик все равно был бы первым трубачом. Да и приказ уже оформлен: подписан и отправлен.

— А, черт, — сказал Ред с досадой. — Можешь повесить эти твои приказы знаешь где… Большего они не стоят. Ты же у нас свой парень, Прю, по крайней мере, мог бы быть им.

— Пойдешь со мной завтракать или нет?