«Молодец, майор Карпов не ошибся в нем!» — подумал капитан.
— Т-товарищ к-капитан, по вашему приказанию лейтенант Юрушкин явился.
Углов крепко пожал ему руку.
— Наши люди голодны,— негромко сказал капитан.
— Так точно, товарищ командир! Люди хотят есть!
— Поручаю вам, как офицеру, завоевавшему доверие матросов, накормить их!
В глазах лейтенанта промелькнуло удивление, смятение, испуг. Потом он вспыхнул, на щеках заиграл румянец: теперь Юрушкин, не щадя своей жизни, оправдает доверие командира!
— Р-разрешите узнать, т-товарищ капитан,— обратился лейтенант к Углову.— Откуда я должен взять п-продукты?
— Со склада полковника Шредера.
— К-каким образом?
— Точно таким, каким мы взяли у него вершину Гранитного линкора, вооружение, боеприпасы,— сказал капитан.— Мы воины, у нас есть оружие, значит, должно быть и продовольствие!
— П-понятно, товарищ капитан! — гордо поднял голову лейтенант.— П-приказ будет в-выполнен!
Углов присел на камень, предложив присесть и Юрушкину.
— В помощь вам выделяю матросов Камушко, Гудкова, Сибиряка,— уже неофициально сказал Углов.— Эти и на тигра верхом сядут! — мягко улыбнулся он.
— Спасибо! — оживился Юрушкин.
— Задача трудная! — Углов внимательно посмотрел на Юрушкина.— Мы в непролазном огневом кольце.
— Да,— согласился лейтенант.
— Как же вы преодолеете его?
— Боем!—сказал Юрушкин.— П-прорвемся через окружение левее юго-восточной лощины,— лейтенант раскрыл планшет и показал командиру место прорыва.—Т-там за скалистой высотой п-продовольственный склад.
— Не годится! — строго остановил его капитан.— Только людей напрасно потеряете.
— Д-другого выхода нет! — скрывая растерянность, оправдывался Юрушкин.
— Есть! Надо использовать пургу,— капитан показал точку на карте.— У подножья ската, где вы наметили прорыв, от наших позиций тянется до скалистой высоты глубокая лощина. Она пересекает окопы и траншеи противника.
Помрачневшее было лицо лейтенанта вспыхнуло. Ему не терпелось продолжить мысль капитана.
— Надо скрытно пройти по лощине, выбраться к высоте, незаметно подойти к продовольственным складам, без шума снять охрану... и взять продовольствие.
— Ясно, т-товарищ командир! — воспрянул духом Юрушкин.
— Поручаю это вам, как лучшему офицеру! — просто сказал Углов.
Впервые капитан назвал Юрушкина лучшим офицером.
— Р-разрешите выполнять?— благодарно спросил он.
Капитан медлил с ответом. Он подошел к Юрушкину, в упор посмотрел в его удивленные глаза. Углов давно собирался спросить лейтенанта про Лену.
Все эти тяжелые, опасные для жизни дни Углов хранил в своем сердце ее образ, ставший неразрывной частью его самого.