— Ты видишь, Леон ни в чем не виноват, не правда ли?
— Так зачем же он скрыл от меня потерю кинжала! — угрюмо спросил старик.
— Леон боится тебя, князь Вахтанг!
— Боится, значит, знает, что совершил нехорошее дело.
— Что же худого он сделал, князь?
— Разве он отомстил обидчику, осмелившемуся оскорбить Джавахова? — сверкнув глазами, спросил князь.
— Но он поразил его кинжалом! — произнес царевич.
— Хорош удар!.. — презрительно возразил Вахтанг. — Враг остался жив!
— Он не убийца! — гордо повторил мальчик слова своего наставника.
Старый грузин холодно посмотрел на царевича.
— Это тебя Леон научил? — проговорил он. — Хорошему же он тебя учит! Ты не будешь уметь держать оружие в руках с такими понятиями. Нас учили за обиду убивать, — с горечью произнес Вахтанг. — А вас, юношей грузинских, скоро будут безнаказанно бить по лицу!
Лицо царевича перекосилось, глаза засверкали, как у молодого львенка, и он схватился за свой кинжал.
— Потише, потише, мальчик! — остановил его князь, положив свою сильную, загрубелую в боях руку на его плечо. — Ты еще молод, чтобы грозить старику!
— Да счастье твое, что ты старик, а то я показал бы тебе, что оскорбления не остаются у нас безнаказанными, — надменно произнес царевич.
Эта вспышка очень понравилась старому князю.
— Ну, ладно, — спокойнее проговорил он. — Так помоги вот сыну вернуть наш старый дедовский кинжал!
— Я сам верну его, — вмешался Леон, недовольный тем, что отец дает ему в компаньоны мальчика.
— Что ж ты до сих пор не взял его?
— Некогда было, — хмуро ответил Леон.
Царевич стал проситься взять и его на поиски.
— Возьми его, — произнес старик Джавахов, — он славный будет воин.
— Да на что он мне? — уклонился Леон. — Если понадобится, возьму.
В это время кончилось совещание совета. Приближенные царевны решили попытаться одарить боярина Милославского и через его сестру действовать в пользу Грузии.
— Кто повезет подарки? — спросил князь Зичианов.
— Ну, хотя бы ты, князь, — предложили ему.
— Нет, меня увольте! — возразил он, кланяясь. — Устал я и стар для этого тонкого дела, лучше просите князя Орбелиани.
— Я сделаю, что мне прикажет моя царевна, — почтительно склоняясь в ее сторону, ответил Орбелиани.
— Я прошу тебя, князь! — скромно опуская глаза, ответила польщенная Елена Леонтьевна.
Порешив на этом, грузины стали расходиться. Все поочередно подходили к царевне и низко кланялись ей. Она сидела, не шевелясь, потупившись; возле нее стоял царевич и важно отвечал наклонением головы на поклоны князей.
XX. Ворожея Марфуша