При дворе Тишайшего. Авантюристка: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не знаю, а только чует сердце мое, что не так. Вот я, правда, люблю тебя и принес тебе радостную новость, отрадную весть.

Сердце тревожно, но вместе с тем радостно забилось у Марьи Даниловны.

— Что такое?..

— Уговорил наконец, — коротко ответил Никита Тихонович.

— Уговорил? Когда? Кого уговорил? В чем уговорил?

— Наталью Глебовну. Больших трудов это стоило мне, много слез пролила она.

— Да к чему уговорил-то?

— Уйти в обитель.

Сердце Марьи Даниловны упало.

— Ей было больше всего жаль расстаться с ребенком. Ну вот, скоро, скоро, люба моя, будешь ты моею пред людьми и перед Богом. И станем мы здесь жить и поживать, детей наживать и скоротаем чинно и мирно наши дни в нашей усадебке. Но ты будто не рада, голубка моя? Лицо твое печально, как прежде, и улыбка не сходит на уста.

— Никита Тихонович, — проговорила Марья Даниловна, стараясь задушить злобу, подымавшуюся в ее груди, — я рада, очень рада, только прошу тебя повремени. Повремени малость…

— Повременить? — удивленно воскликнул он. — А зачем бы это?

— Куда нам торопиться? Наталья Глебовна может ведь еще и раздумать?.. — не зная, что сказать, чтобы смягчить свое неосторожное слово, проговорила она.

Они повернули обратно и пошли по направлению к усадьбе.

— Вот этого-то и боюсь.

К ним навстречу шла Наталья Глебовна, с печально опущенной головой, с заплаканными глазами и с ребенком на руках.

Она подошла к ним.

— Тебе сказал Никита Тихонович о моем решении? — спросила она у Марьи Даниловны.

— Сказывал.

— Возьми же дитятю. Отнимают тебя от меня, крошка моя золотая! — и она страстно и порывисто поцеловала ребенка. — Возьми его, возьми, не нянчить уж мне его более.

Но Марья Даниловна отстранила рукою от себя ребенка.

— Отдайте мамке… — сухо проговорила она.

Стрешнев и Наталья Глебовна изумленно на нее посмотрели.

— Ты разве не хочешь поцеловать его? — спросила Наталья Глебовна.

— Не хочу.

— Почто же?

— Ах, оставь меня! — с досадой вскрикнула Марья Даниловна. — Я ненавижу детей…

Это было до того неожиданно и так дико прозвучало в ушах любвеобильной Натальи Глебовны, что она чуть не выпустила ребенка из рук.

— Как? — чуть слышно проговорила она. — Свое родное детище?

— Хотя бы и родное.