Оикава выловил из пакета пончик с корицей, откусил, прожевал, проглотил, запил кофе.
– Это случилось с полчаса назад. – Он откусил еще кусок пончика, на этот раз побольше. – Я сидел в машине, стараясь не закемарить. Небо стало светлеть, голубеть. А потом над горизонтом вдруг появилась тоненькая розовая полоска, как будто кто-то приотворил дверь, чтобы выглянуть наружу.
Оикава доел второй пончик и вытер пальцы бумажной салфеткой.
– Я сходил туда посмотреть, чего эта чертова ворона так разоралась. Вы не поверите, какого размера дамское белье висит там на веревке. Может, чертова птица из-за него и разволновалась.
Уиллоус увидел, что дверь в домике через дорогу распахнулась. Рыжеволосая пышечка в розовой ночной рубашке быстро оглядела улицу. Ранняя пташка, подумал Уиллоус, ждет не дождется утренней газеты.
Затем на крыльцо вышел Ральф Кернс, засовывая рубашку в штаны, он быстро чмокнул хозяйку и затрусил к дороге.
Уиллоус спросил:
– Сколько он там пробыл, Дэн?
– Понятия не имею, Джек. Следить за ним не входит в мои обязанности.
Улыбка сошла с лица Кернса, когда он увидел Уиллоуса и Паркер. Он сбавил шаг и оглянулся, словно стараясь представить, что мог увидеть Уиллоус со своего места.
Оикава полез в пакет за третьим пончиком, но вспомнил, что с корицей было только два и оба уже съедены. Шоколадный или простой? Он задумался, но ненадолго.
Кернс увидел пакет с пончиками. Весело улыбнулся или похотливо осклабился? Паркер никак не могла решить.
Кернс закурил.
– Вы, ребята, что-то рановато приехали.
– Похоже на то, – сказал Уиллоус.
Кернс вдруг очень посерьезнел.
– Брось, Джек. Я знаю, что ты подумал, но ты ошибаешься.
– Что я подумал, Ральф?
– Что Барбара – миссис Хинтон – та еще штучка, в ночной рубашке, ногу выставила.
– Нет, я совсем не это подумал.
Кернс посмотрел на Паркер, потом опять на Уиллоуса.
– Я тебе скажу, как все было на самом деле.
После сладкого Оикаве хотелось пить. Он снял крышку со второго стаканчика. Кофе был еще горячий. Он плеснул сливок и снова проделал всю процедуру – закрыл, встряхнул. Оставалось еще три пончика: два простых и один шоколадный. Он украдкой взглянул на Кернса. Малый всю ночь глаз не сомкнул, небось выбился из сил, сладкое – как раз то, что ему нужно. Но Кернсу, кажется, гораздо больше хотелось объясниться, чем позавтракать.
Оикава вытащил последний шоколадный пончик из пакета.
Кернс сказал:
– Совсем недавно, прямо перед тем, как вы приехали, мне понадобилось по нужде. Засада – не засада, а у меня мочевой пузырь лопался, понимаешь?
Уиллоус сказал:
– Да, кажется, картина вырисовывается. – Он взглянул на Паркер. – Клер, ты следишь?
Паркер кивнула, не отводя взгляда от дороги. Кернс сказал:
– Я вылезаю из машины, чешу по дороге. Еще минутка, и я опозорюсь. А вокруг – ни одного укромного местечка. Гаражи все заперты, кустов нет… И тут я вижу миссис Хинтон, она на дворе насыпает в кормушку корм для птиц. И естественно, она малость напугалась, когда увидела странного типа, который в пять утра тут рыщет… Ну, я показываю ей значок, объясняю обстановку. И поскольку она добропорядочная гражданка, готовая выполнить свой гражданский долг, она позволяет мне воспользоваться уборной.