Лулу обернулась к пианисту, который, казалось, стал в два раза больше, чем пару минут назад.
– Мы пытаемся поговорить без свидетелей, один на один. Будь добр, отсядь на тот конец скамейки – и играй погромче.
Фрэнку она сказала:
– Значит, было так: ты выполнял легкую работу, а для тяжелой был Рикки?
– Более-менее.
– Тогда почему Ньют послал убивать в Ванкувер тебя?
Фрэнк сказал:
– Как я уже объяснял, Паркер ранила его несколько лет назад, и ему стукнуло в голову отомстить, даже разделаться с ней. И он подумал, что я не откажусь, поскольку тоже был ранен и знаю, что это такое.
– Больно?
– Да.
– Но Паркер не стреляла в тебя, верно?
– Да, но она раскопала мое дело.
– Она просто выполняла свою работу.
– Знаю, знаю.
– Как ее зовут?
Фрэнк заколебался, потом сказал:
– Клер.
– Как ты можешь убить человека с таким красивым именем, Фрэнк?
Фрэнк пристыженно потупился.
– Не знаю.
– Когда Ньют предложил тебе, ты вел себя так, будто хотел это сделать?
– Да нет. Я сказал, что лучше бы воздержался.
– Тогда почему Ньют не послал Рикки? Мне показалось, ему нравится убивать людей.
– Ты правильно поняла.
– Ну и что?
Фрэнк задумался. Ему не приходил в голову этот вопрос.
– Может, Рикки его подговорил послать меня. Мы с Рикки не особо ладим.
– Почему?
– Не знаю. Рикки помешан на себе, если ты понимаешь, что я хочу сказать. Малыш бреется три-четыре раза в день, без конца чистит ногти, причесывается. У него зубная щетка всегда с собой, куда бы он ни шел, я даже видел, как он чистит зубы за столом, между переменами.
– Ты хочешь сказать, он тщеславный человек.