Паркер сказал:
– Он ведь еще и пил.
– Пропустил, может быть, стаканчик.
– Дэн его не заложит?
– А ты бы заложила?
– Нет, наверное. Но я бы избавилась от него, нашла бы себе другого напарника, и быстро.
Уиллоус поправил зеркальце, чтобы лучше видеть дорогу позади. Ворона какое-то время молчала, но теперь завелась снова. Паркер сказала:
– Вчера вечером мне опять звонил этот тип. Тот, что дышит в трубку.
– Смени номер.
– Есть такая штука – определитель номера, – долларов двенадцать в месяц. Когда тебе звонят, на маленьком экранчике появляется номер. И больше никакой анонимности.
– Зато куча народа в телефонных будках, – сказал Уиллоус.
Услышав визг покрышек по мостовой, он обернулся.
Рядом с «фордом» остановился «шевроле» Оикавы. Ухмыляющийся Кернс показал большой палец. На заднем сиденье скорчился тощенький китайчонок лет пятнадцати. Кернс сказал:
– Сцапали в переулке, выходил из гаража. – Он швырнул окурок из окна через капот «форда». – Все, Джек. Дело только за поздравлениями.
– Поздравляю, Ральф. – Уиллоус прибавил голос. – Эй, Дэн.
Оикава наклонился, чтобы видеть Джека из-за Кернса:
– Что?
– По дороге остановитесь у склада лесоматериалов.
– Зачем?
– Купи палку, чтобы бить себя по голове?
Лицо Оикавы напряглось. Он нажал на педаль, и машина умчалась прочь.
Паркер спросила:
– Это еще кто?
– Понятия не имею.
– Кернс вообразил, что они схватили Джоуи Нго?
Уиллоус улыбнулся.
– Думаешь, Дэн понял?
– Если не понял, мы скоро об этом услышим.
Над яблоней осторожно кружили три вороны. Птицы медленно снижались, хлопали крыльями, рассаживались на ветках, словно пожилые, тучные викторианские вдовицы, медленно опускающиеся в крайне неудобные кресла.
– Завтракать пора, – сказала Паркер.