Рикки допил пиво и поставил пустой бокал на клавиатуру рояля. Пианист поднял на него глаза. Рикки сказал:
– Знаешь что? Ты играешь, как моя собака поет.
– Ей нужен агент? – отозвался пианист, не сбившись с ритма.
Фил Эстрада тихо засмеялся, похлопал его по плечу и удалился.
Лулу дождалась, когда Ньют, Рикки и Фил окажутся вне пределов слышимости, обернулась к Фрэнку и спросила:
– Почему ты ничего не сделал?
– Например?
– Ну, я не знаю. Как звучит для начинающих «убил обоих»?
– Оглянись вокруг. Что ты видишь? Бармен, пианист, вон тот парень с бородкой, Фил, эти два голубка за угловым столиком, которые держатся за ручки…
– Золотая свадьба, – сказала Лулу, – правда, милые?
– Роджер, который скорей всего прячется за какой-нибудь цветочной кадкой. Свидетели. Я вышибу мозги Ньюту с Рикки, даже если за дело, и любой из этих людей опознает меня в суде, даст показания и отправит за решетку на ближайшие четверть века. «Инопланетянина» видела? Когда я выйду, буду точь-в-точь такой.
Лулу улыбнулась.
– Вот кого ты мне напоминаешь, Джона Уэйна.
– Ерунда. Он был хороший. Я плохой.
– Не на мой вкус. К тому же люди меняются, Фрэнк.
– Вот это верно. Они стареют и теряют оптимизм. – Фрэнк залпом допил виски, сделал знак повторить. – И поворотливость тоже. Мне не справиться с ними, когда они вместе.
– По-моему, ты кое о чем забыл.
– О чем?
Лулу показала на себя.
– Обо мне.
Глаза Фрэнка смотрели мрачно, печально.
Лулу взяла его руку в свою, поцеловала костяшки пальцев, одну за другой.
– Что будем делать?
– Выживать, – сказал Фрэнк. – Я думаю, это главное, чем нам нужно заняться, – выживать.
– Ты хочешь сказать, нам нужно делать ноги?
– Мне это не нравится. Мне все это не нравится. Рикки – с ним каждый дурак справится. А Ньюту не светит Нобелевская премия. Но, с другой стороны, я работал на него два, почти три года. Его чеки всегда оплачивались. На Рождество он отправлял нас в Палм-Спрингс, мы все праздники ели индейку и играли в гольф, и это не стоило мне ни гроша.
– Понятно, а что ты для него делал?
– То-то и оно – почти ничего. Смеялся над его тупыми шутками. Садился за руль, когда его надо было куда-нибудь отвезти. Иногда ломал кому-нибудь руку.
– Ты кого-нибудь убивал?
– Нет, конечно нет.