А третий...
Я замер.
Максим.
Я стоял и смотрел на него. Не мог пошевелиться. Не мог дышать. Внутри что-то оборвалось — резко, до боли. Я ждал этого момента. Боялся его. И вот он здесь. Лежит на полу, без сознания, но дышит. Живой.
Я опустился на колени рядом с ним. Руки дрожали. Я протянул ладонь, коснулся его плеча. Тёплый. Живой. Я слышал его дыхание — слабое, с хрипом, но ровное.
— Макс, — прошептал я. — Ты меня слышишь?
Он не ответил. Глаза закрыты, веки подрагивают. Живой.
Я сидел рядом и не мог отвести взгляда от его лица.
— Нашёл, — выдохнул я. — Наконец-то нашёл.
Катур подошёл, встал рядом. Молча. Не торопил. Просто стоял.
Я провёл ладонью по лицу Макса — грязному, холодному. Потом поднялся. Ноги слушались плохо.
— Переносим всех, — сказал я. — Немедленно.
В несколько заходов я смог всех перенести. Скарлинги помогали — подносили, укладывали, следили, чтобы никого не забыть.
По прибытии нас встретила взволнованная Мира. Она подбежала, едва мы появились во дворе, и сразу принялась осматривать людей, которые лежали на траве.
— Владетель, — заговорила она быстро. — Мне сказали про людей. Я... я посмотрела. Они все без сознания. Дышат, но слабо. Кожа серая, на вид сильное истощение. Что с ними делать?
Я посмотрел на неё. На её усталое, встревоженное лицо. И не знал, что ответить. Я даже не думал, что будет дальше. В моменте я просто хотел их вытащить, спасти. Не хотел оставлять их там. А сейчас...
У меня и так на попечении сотни медведей без крыши над головой. Нельзя оставлять их так. Ночи тут хоть и тёплые, но это как-то неправильно. Люди — не медведи. Им нужно другое. Им нужно...
Я протёр лицо руками, отгоняя подступающую сонливость. Со всеми этими «приключениями» мне так и не удалось нормально отдохнуть. Уже больше суток на ногах. И, похоже, придётся бодрствовать ещё какое-то время.
— Пока просто следите за их состоянием, — сказал я. — Если кто-то очнётся — скажите мне. По возможности напоите водой. Из колодца. Она необычная. Должна помочь им быстрее встать на ноги.
Мира кивнула. Потом добавила:
— На счёт воды — тут вы думаю правы… Большинство Скарлингов, у которых болезнь была на ранней стадии, почти поправились. А тяжело больные потихоньку встают. Медленно, но встают.
Эта новость меня взбодрила. Даже сквозь усталость я почувствовал, как что-то внутри отпускает. Медведи идут на поправку. До полного выздоровления далеко, но и это уже хорошее подспорье. Значит, энергия делает своё дело.
— Не переживай сильно насчёт людей, — сказал я Мире. — Я разберусь.
Она кивнула. Потом я вспомнил.
— Слушай, а Скарлинги начали добывать дерево? Как я просил?
Мира замялась. Отвела взгляд.
— Время прошло всего ничего. Результаты пока небольшие.
— Не волнуйся. Но дерево и правда понадобится. Не сейчас, так завтра. Где вы его складываете?
— На заднем дворе. За домом.
Я пошёл за ней. И, честно говоря, был порядком удивлён. И это она называет небольшими результатами?