– Не совсем. Пока ты была в душе, я проверил твой телефон.
– Сделаю вид, будто ты этого не говорил.
Откидываюсь на мягкие подушки дивана, поджимаю под себя ноги и замечаю на кофейном столике накрытые подносы.
– Что это?
– Я заказал ужин. – Сэм снимает крышки с подносов. – Пиво и сэндвичи с помидором.
Не могу скрыть удивления. Сэндвичи – точная копия тех, что готовил отец, когда мы с братом случайно оказывались у него дома. Начинка, конечно, странная, но в детстве я такие обожала. Отец делал их по бабушкиному рецепту: сочные ломтики помидора на обжаренном черном хлебе, свежий салат, майонез и щепотка крупной соли.
– Мои любимые, – выдыхаю я.
– Знаю, потому и заказал. А мне – пиво.
Как трогательно и неожиданно, что он не забыл о моей маленькой слабости.
– Поверить не могу, что ты запомнил.
– Забудешь такое! Ваши с папой сэндвичи – самые невкусные на свете. Вы же половину ингредиентов пропускаете. Где бекон? Где индейка?
– Папа рассказывал, бабушка не могла позволить себе мясо, – отвечаю я с улыбкой. – Вот он и научился делать замечательные вегетарианские сэндвичи.
– Красивая история, – соглашается Сэм, – но чизбургер все равно лучше.
Отламываю кусочек и закрываю глаза, упиваясь вкусом. Это первая искра радости за весь безумный день. Сэндвич идеален: безупречное сочетание хрустящей корочки, легкой терпкости и сладости. Ничего лишнего, все в меру.
Сэм зачерпывает горсть жареного лука, открывает бутылку пива.
– Я вот что подумал. Может, стоит завтра еще раз поговорить с Джо?
– Боюсь, ничего другого мы не услышим. Если ему что-то известно, он не скажет.
– Пожалуй, ты права.
Интересно, почему? Джо пытается защитить отца или самого себя? Не знаю, что и думать. Отец ни с кем не был так близок, по крайней мере по работе – если не считать Грейс и главного юрисконсульта. Как же его имя? В памяти всплывает образ: льдисто-голубые глаза, аккуратно зачесанные назад волосы. Он работал с отцом не так долго, как Грейс или Джо, но у него наверняка имеется доступ к информации, которого нет у нас.
Джонатан, вот как его зовут. Вероятно, он не пойдет на контакт из-за профессиональной тайны. А вот с Грейс все могло бы сложиться иначе.
– После смерти Грейс я много думала о ней, – говорю я. – Жаль, ее больше нет с нами. Не знаю, имелись ли у нее какие-то важные сведения, но она определенно помогла бы нам…
– По-моему, ты идеализируешь ее образ. Грейс, безусловно, была замечательной женщиной, однако не отличалась разговорчивостью.
– У меня сложилось о ней другое мнение.
– Не хочу обесценивать те четыре раза, которые ты ее видела, и все-таки вряд ли она стала бы с нами откровенничать.
Сэм неправ. Может, мы с Грейс встречались не часто, но она всегда вела себя искренне. Прежде чем я успеваю возразить, у меня звонит телефон. Это Морган, невеста Сэма.
Показываю брату экран.
– Не бери трубку, – предупреждает он. – Она хочет поговорить со мной.
– С чего ты взял?
– Потому что я уже восемь раз отправлял ее на автоответчик.
– Я не собираюсь вмешиваться в ваши отношения.