Комнату затопила тьма. Сара услыхала резкий щелчок ножниц и глухой стук шоколадки, свалившейся в нескольких дюймах от зеркала. Мимо Сары кто-то прошёл — это Джесс заняла своё место в кругу.
— Ну вот, — восторженно шепнула Джесс и четыре девочки громко произнесли:
— Сладкоежка! Сладкоежка! Сладкоежка!
Все притихли, затем кто-то хихикнул, и раздалось резкое «шшш!». Сидящие девочки взволнованно прождали — по ощущениям целых пять минут, но на самом деле секунд тридцать. Джесс первой нарушила молчание:
— Ну вот, теперь пойду, включу свет.
Когда вспыхнула лампа, Сара взволнованно ткнула пальцем в опустевшее зеркало.
— Исчезло!
— Сработало! — воскликнула Джесс, вернувшись в круг. — Поверить не могу!
Сара и Джесс уставились друг на друга, нервно посмеиваясь от потрясения, пока Лия не выдала громкое:
— Стойте!
Эшли выкинула из-за спины шоколадку и, хохоча, согнулась пополам.
— Видели бы вы свои лица!
Она оскалилась, скосила глаза и передразнила Джесс:
— «Сработало».
Лия глянула на Джесс и Сару — на их лицах смешались печаль, огорчение и злость. Она пихнула ногой смеющуюся Эшли и сказала:
— Ладно, давайте-ка теперь попробуем по-настоящему.
— Отлично, — проворчала Эшли, вставая. Пока Лия заново привязывала шоколадку на нитку, а Джесс опять встала у выключателя, Сару посетила идея.
— А, может, при игре нам взяться за руки, чтобы никто не мухлевал? — предложила она, тщательно избегая встречаться с Эшли взглядом.
— Кажется, это неплохая идея. — не отрывая взгляда от нитки, подхватила Лия.
Когда шоколадку привязали, Джесс щёлкнула выключателем, кинулась в круг и схватилась за руки Эшли и Сару. Девочки снова завели:
— Сладкоежка! Сладкоежка! Сла…
— АЙЙЙЙ! — оборвал призывание громкий вопль. Все девочки кинулись к выключателю, возникла небольшая куча-мала, откуда показалась Эшли, так и сидящая на полу. Она вцепилась в свою ногу, а багряная кровь натекала вокруг ладоней и капала на ковёр.
— Что-то укусило меня! — выкрикнула она подругам, заливаясь слезами
— Что это?! — прошептала Сара, показывая туда, где оставалась Эшли.
На зеркале стояло и смотрело на Эшли какое-то крохотное существо. Хотя росту в нём было всего дюймов шесть, зрелище это вызывало ужас. Тощее тело Сладкоежки туго обтягивала слизисто-жёлтая кожа. Овальное лицо переходило в длинные заострённые уши, торчащие по бокам комочка лысой головы. Глаза твари были так глубоко утоплены в черепе, что, словно пропадали в непроглядном мраке. Тонкие жилистые ручонки сомкнулись вокруг плитки шоколада, размером с самого гномика.
Девочки неподвижно застыли, пытаясь осознать представшее их глазам. Первой молчание нарушила Эшли, завопив от ужаса. В ответ гномик подался вперёд, упрятав шоколадку за спину. Он раскрыл пасть, выставив ряд игольно-острых зубов, и испустил долгое низкое шипение. Эшли, не отпуская ноги, по-крабьи неуклюже поковыляла прочь от него, пока не врезалась в стену. Гномик зажал шоколадку под мышкой, развернулся и дал дёру. Он промчался по ковру прямиком к дивану и юркнул под него.
Стоило ему скрыться из виду, как Лия, Джесс и Сара бросились к ведущей из подвала лестнице, замахав оттуда Эшли, чтобы та присоединилась к ним. Она неуверенно поднялась на ноги и захромала по полу так быстро, как только позволяла рана.
— Давайте в ванную! — скомандовала Лия и девочки бросились вверх по ступеням.
Присев на краешек ванны, Эшли подставила ногу под струю тёплой воды и, кривясь, принялась осторожно намыливать рану. Лия уселась на унитаз и спрятала лицо в ладонях, а Сара и Джесс навалились спинами на запертую дверь; подкрепляя своим весом чувство безопасности.
— Что это за штука?! — шёпотом спросила Эшли у Джесс.