Студент. Том 7: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Мы с Зарубиным вышли из палаты и пошли к выходу.

— Хирурги сказали, что пришлось чуть ли не половину печени удалять. Если в ближайшие дни не умрет, то не меньше месяца у нас полежит.

— А что было с ее печенью? — заинтересовался я.

— Черт ее знает, — пожал он плечами. — Молодая баба. Видно, что не из пьющих. Но ведь печень-то, как мне сказали, почти черная. Такое бывает. Когда я учился в медицинской академии и нас водили в анатомический театр на вскрытие, там похожая печень была у человека. А ведь тоже был из интеллигенции, вредными привычками не страдал.

— Отчего умер?

— Не знаю. То ли несчастный случай, то сердце остановилось. Сейчас и не вспомню. А ты яблоки пока не неси. Не выдержит, съест и только хуже себе сделает. Питание надо постепенно вводить и под контролем лечащего доктора. Кроме жидких каш на воде мы ничем не кормим. Примерно через неделю начинаем капусту отварную вводить да морковь с картошкой. А пока ни-ни. Понял?

— Понял. Напомни ее адрес.

— Погоди, у меня где-то было написано, — он залез рукой в карман и вытащил клочок бумажки, на которую записывал данные. — Та-а-ак, Терехина Наталья Ивановна, улица Харитонова, дом семнадцать. Ты что ж, решил наведаться к ней домой?

— Да, схожу. Узнаю, может, помощь какая нужна.

— Ты ей родственник, что ли?

— Нет, просто прохожий.

— Странный ты какой-то, — нахмурил он брови. — Своих дел мало?

— Дел много, но так уж вышло, что я чувствую ответственность за людей, которым помогаю.

— А вот это плохо, — нравоучительно произнес он. — Всех не пожалеешь, всем не поможешь. Надо в первую очередь думать о себе и своей выгоде. Я, когда только из академии выпустился, тоже таким сердобольным был. К каждому проникался, каждого выслушивал, каждому старался помочь, а потом заметил, что благодарности никакой нет. Сегодня ты человека от смерти спас, а завтра он мимо пройдет и даже не поздоровается. Запомни мои слова: люди в большинстве своем неблагодарны и зачастую принимают доброту за слабость. Всегда прежде всего думай о себе.

— Запомню, — я протянул ему руку. — Спасибо, что не отказал.

— Будет время — еще приходи, я тебе остальных больных покажу, может, увидишь то, что мне неизвестно.

— Хорошо. Заскочу завтра с утра.

Мы попрощались и разошлись. Я вышел на улицу и подошел к солидного вида мужчине, прогуливающемуся у ограды больницы.

— Извините, не подскажете, где находится улица Харитонова?

— Не подскажу. Разве я похож на справочную службу? — он приподнял бровь и неприязненно оглядел меня с ног до головы.

— Нет, но…

— Вот и проходите мимо и не отвлекайте уважаемых людей от променада.

— От чего? — не понял я.

— Фу, деревенщина, — презрительно бросил он, развернулся и пошел прочь.

Ну вот и поговорили.

Как оказалось, улица Харитонова была не так уж далеко, поэтому я решил пройтись пешком. И хотя совсем стемнело, из окон домов, лавок и трактиров исходило достаточно света. К тому же фонарщики взялись за работу и поджигали уличные фонари.

Прошло не меньше получаса, когда я добрался до дома номер семнадцать. Это был старый каменный дом с осыпавшейся штукатуркой, из-под которой виднелись серые каменные блоки. Забор покосился, ставни на петлях висели на честном слове, у крыльца отсутствовала одна ступенька. В общем, вид был удручающий.

Я подошел к самому забору и услышал из дома детские крики и плач, однако окна были темные. Что там происходит?

Я быстро зашел во двор, поднялся на крыльцо и постучал в дверь. Крики и плач вмиг умолкли. Послышались детские шаркающие шаги и тонкий настороженный голос:

— Кто там?