— Косвенно. Я не могу нормально худеть. Врач сказал, что можно рассмотреть бариатрию.
— Именно врач предложил вам операцию?
— Да. То есть он сказал, что такой вариант возможен. Потом я консультировался с хирургом.
Она смотрит на меня холодно и внимательно.
— Вы хорошо подумали?
— Очень хорошо.
— Все риски вам объяснили?
— Да.
— И вы все равно решили согласиться?
— Да.
— Это точноВАШЕ личное решение?
— Точно.
Каролина Эдуардовна несколько секунд молчит, а потом кивает.
— Хорошо. Передайте документы в отдел кадров. Рабочие вопросы мы решим без вас. Сейчас главное, чтобы операция прошла благополучно.
Еще бы ей теперь не пройти благополучно после таких слов самой Каролины!
Она отнеслась к моему решению с холодным пониманием. Не отговаривала, не смеялась, не говорила, что я сошел с ума. Святая женщина.
С мамой, конечно, все гораздо труднее.
Сделать резекцию желудка втайне от нее я не могу. Она все равно заметит, что я исчез, оббежит все больницы и морги, и найдем меня. Поэтому вечером я честно признаюсь ей.
— Мама, мне скоро сделают операцию.
Она роняет ложку на стол.
— Какую еще операцию?
— На желудке.
— У тебя рак?
— Нет, мама.
— Язва?
— Нет.
— Тогда я не понимаю, какая операция?
— Это операция для снижения веса. Рукавная резекция желудка.
Мама бледнеет, потом краснеет и хватается за сердце.
— Опять эта твоя стерва-начальница?