— Это не ваше дело, капитан, — огрызнулся Жук. — Я здесь как борец с нечистью.
— Борец, который орёт на всю округу? — Ос подошёл ближе и внимательно посмотрел на Жука. Потом перевёл взгляд на дверь с выщербленным косяком. Потом на следы серебряной крови на досках крыльца. — Предъявите-ка документы, гражданин Жук.
Жук покраснел. Кулак его правой руки разжался, пальцы скрючились, и вся кисть метнулась в сторону капитана, намереваясь вцепиться ему в горло.
Жук едва успел перехватить её левой рукой.
— Что за напасть? — заорал он, борясь с собственной конечностью. — Она не слушается!
Капитан Ос наблюдал за этой сценой с выражением глубокого отвращения.
— Гражданин Жук, — сказал он ледяным тоном. — Я арестовываю вас за дебош, сопротивление представителю власти и… — он покосился на подёргивающуюся руку, — … за использование магии без лицензии.
— Какая магия? Это не магия! Это… это…
Но Ос уже надевал на него наручники. Жук попытался вырваться, но правая рука обмякла и безвольно повисла, будто решила сдаться первой.
— Вы имеете право хранить молчание, — бубнил Ос, уводя Жука от крыльца Мухи. — Всё, что вы скажете, будет использовано против вас…
Их голоса удалялись. Напоследок Жук крикнул:
— Муха! Ты не знаешь, кого впустила!
Она стояла, прижавшись лбом к двери избы, и пыталась отдышаться.
— Вот так именины, — пробормотала она.
— Поздравляю, — раздалось за её спиной.
Она вздрогнула и обернулась.
Спасённый ею мужчина стоял посреди комнаты. Серебристая кровь на повязках высохла и потемнела. Его кожа была бледной как фарфор, но держался раненый на удивление спокойно.
— Ты проснулся? — спросила Муха. — Ты же умирал.
— Я паук, — ответил мужчина тихо. — Мы быстро исцеляемся. Особенно если нам помогают.
— Что значит «помогают»?
Он приблизился. Точно такой, как виделся Мухе в самоваре — стройный, с длинными волосами. Его бездонные глаза смотрели на Муху с выражением, которое она не могла понять.
— Пока ты мыла мои раны и вытаскивала осколки, твоя сила перетекала в меня, — сказал он. — Не много, ты и не заметила. Но достаточно, чтобы я излечился.
Муха испуганно распахнула глаза.
— Ты меня… выпил?
— Я дышал тобой, — невозмутимо поправил он. — Это разные вещи.
Они замолчали. Утреннее солнце ложилось на пол золотыми полосами, но паук держался в тени, будто боялся, что свет обожжёт его.
— Жука арестовали, — сказала Муха. — Из-за твоей нити. Она заставила его руку напасть на капитана Оса.
— Это всего лишь нить, — ответил паук. — Дело не в ней, а в твоём приятеле.
Муха почувствовала, как внутри поднимается злость, похожая на ту, что она только что испытывала к Жуку.
— Он всего лишь хотел меня защитить.