Тёмная фея Офелия и песнь ночи: читать начало книги онлайн

Офелия усмехнулась.

– А не ты ли на днях говорил, что тебе не хватает лишь правильной мотивации, чтобы стать самым искусным вором? – Тиберий тут же с ворчанием втянул голову в плечи, а фея вновь повернулась к окну. – Не знаю, что такого должно случиться, чтобы я не справилась с этой миссией, – важно отметила Офелия.

– Ну да, конечно, – буркнул Тиберий, но всё же он не мог не согласиться с феей.

В последние недели Офелия проводила в Академии почти всё своё свободное время, прилежно занимаясь, перечитывая старые книги, тренируясь, советуясь с учителями. Кроме того, она внимательно следила за Августом Пинлином. Она бы не удивилась, если бы на ветке, где она сидела, наблюдая за новым подопечным, потом остались её следы.

– У меня такое ощущение, что теперь даже я смогу переправить этого старикашку в мир мёртвых, – пробормотал Тиберий. – За последние недели я наслушался твоих чарующих заклинаний и насмотрелся на твои эксперименты с волшебной пыльцой. Да ты, пожалуй, теперь знаешь этого типа даже лучше, чем он сам.

– Пожалуй, да. Наблюдала я долго и внимательно, – пожала плечами Офелия.

На самом деле ей даже нравилось подсматривать за Пинлином. Она уже знала его распорядок дня (вставал Август задолго до восхода солнца, затем любовался рассветом, съедал несколько тостов с мёдом, а потом до вечера читал свои книги), знала его привычки (он всегда выливал свои лекарства в цветочный горшок, едва сиделка выходила из комнаты), а также его страсти (книги, виски и классическая музыка) и причуды (он часто говорил во сне и знал множество необычных ругательств, и Офелия втайне даже восхищалась этим его талантом). Также она знала, что у него нет ни детей, ни других родственников, а соседи были к нему совершенно равнодушны, так что можно было не бояться повторения ситуации с Морин Джонсон.

Офелия решила ещё раз отрепетировать мелодию, которую собиралась петь, когда вдруг раздался странный шум, и дерево даже качнулось. Вмиг стало ещё холоднее. Офелия заметила, как сквозь тьму скользит фигура, закутанная в чёрный плащ. Она уже не раз видела этого незнакомца. Вновь её охватило глубочайшее благоговение, и она низко склонила голову в знак почтения. Тиберий тоже замер, а этот упрямец немногих в этом мире уважал.

Фигура в плаще тем временем скользнула в окно. Всё вмиг почернело. Казалось, в этот момент даже время замерло. Офелия негромко запела песню фей и почувствовала, как, подобно маленькой замерзающей птичке, трепещет сердце Августа Пинлина. Потом стало тихо, и Офелия тоже тотчас умолкла. Чернота развеялась, и тут же вернулись остальные звуки – шум ветра, шелест трав, крики животных. Офелия подняла голову. Август Пинлин лежал неподвижно.

Она переглянулась с Тиберием. Затем порхнула к окну и вновь запела, в этот раз громче, но это была уже не песня фей, а песня из мира людей. Она заранее выбрала старое классическое произведение – арию из оперы «Травиата», которую в последнее время часто переслушивал на своём стареньком скрипучем проигрывателе Август. Поначалу она пела не слишком уверенно, боясь забыть ноты, но постепенно голос её окреп. Уроки не прошли даром. И вот она скользнула во мрак, в это зловещее нечто между миром живых и миром мёртвых. Взмахом руки сотворила заклинание, которому её учили в Академии. Это заклинание у неё всегда хорошо получалось, и сейчас оно помогло хоть немного рассеять мрак. Но всё же вокруг неё, за пределами светового круга, по-прежнему таилась чернота, она никуда не исчезала. Офелия старалась не думать об опасности, затаившейся во мраке. Вот она почувствовала холодное дыхание Потустороннего мира, которое подсказывало ей, куда двигаться дальше, и сосредоточилась на комнате Августа Пинлина. Сейчас она могла различать лишь очертания отдельных предметов. Офелия почти сразу же почувствовала, что душа Августа, уже оставившая тело, находится где-то совсем рядом с ней.

Она остановилась у книжного шкафа, и, хоть Офелии приходилось напрягать зрение, чтобы рассмотреть книги, душу Августа она видела весьма отчётливо. Некоторые души, казалось, были созданы из тумана, другие светились, как огонь, третьи и вовсе мерцали всеми цветами радуги. Август же почти не изменил своего земного облика, разве что выглядел слегка прозрачным – признак того, что он не хотел так просто покидать мир живых. Однако Офелия извлекла урок из случившегося с Морин Джонсон и в этот раз была готова.

Она вновь тихонько запела. Август блаженно улыбнулся, точь-в-точь как он делал это и при жизни, когда слышал эту песню. Он оттолкнулся от шкафа и огляделся в поисках источника песни. Медленно он шёл на голос Офелии, и с каждым его шагом фея немного изменяла знакомую песню, вплетая в неё нотки из сказочных гимнов, которые никогда не смог бы уловить ни один человек. Песня менялась, и перед ней становилось всё сложнее устоять.

Август чуть прикрыл глаза. Он по-прежнему улыбался, но Офелия оставалась начеку. Кто знает, что у него на уме. Вдруг он в следующий момент откроет глаза и метнётся через всю комнату или выскочит в окно. Но он только протянул вперёд руки, точно лунатик. Мрак начал поглощать его, и он слегка пошатнулся, будто пытался избежать этой черноты. Однако Офелия запела громче, и Август сам шагнул навстречу мраку.

Офелия ожидала, что уж сейчас-то он точно откроет глаза и осмотрится в новом незнакомом месте. Так обычно поступали все его предшественники, потому что мрак был настолько чёрным, глубоким и пугающим, что воспринимать его с закрытыми глазами было очень тяжело. Даже ей было страшно, когда она закрывала глаза. Офелия уже сама не помнила, сколько раз сбивалась с пути, сколько раз ей казалось, что сейчас она полетит в пропасть головой вниз. Сейчас ей снова пришлось собраться с духом, чтобы не всматриваться в этот жуткий мрак.

Однако старик Август, похоже, был бесстрашнее, чем она полагала. Он просто по-прежнему следовал за её голосом, уходя всё дальше и дальше во мрак. Вскоре он оказался так близко, что она могла разглядеть морщинки у уголков его губ. На миг фея задумалась, чему это он мог улыбаться. О чём таком приятном думал в этот момент? О чём вспоминал? Но она тут же сурово одёрнула себя. Никакой больше жалости. В прошлый раз всё едва не закончилось печально, больше она такой ошибки не допустит.

Офелия отвернулась и запела громче. Медленно она продолжала двигаться вперёд, стараясь не обращать внимания на шепчущие тени за пределами её светового круга. Отвлекаться было нельзя. Вот она вновь почувствовала дыхание мира мёртвых… и неожиданно поняла, что поёт совсем другие слова.

Офелия испугалась. Неужели кто-то или что-то вдруг отдало другой приказ?.. Но ведь здесь, во мраке, были только она и этот старик. Она снова оглянулась на Августа – и слишком поздно осознала, что происходит.

Она и представить не могла, что больной и немощный старик окажется таким быстрым и проворным. Он вдруг схватил её за руку, и через всё её тело прошла огненная волна. Офелия с недоумением уставилась на яркий свет, исходивший от его ладони, и в следующий миг почувствовала, что что-то сжимает её горло. Она не могла сопротивляться, не могла ничего контролировать, и её песня стала совсем другой. А затем ей показалось, будто вся её магия вмиг куда-то исчезла. Она посмотрела на Августа Пинлина. Он уже открыл глаза и по-прежнему улыбался, но больше не был похож на безобидного слабого старичка. Это был волк с хитрой лисьей улыбкой.

У Офелии потемнело в глазах. Пошатнувшись, она ударилась головой обо что-то твёрдое и медленно опустилась на пол. Она не сразу осознала, что мрак исчез, а она лежала у книжного шкафа в комнате Пинлина. Но почему же так сильно болела голова? Она протянула руку к затылку и замерла в ужасе.

Этого не может быть! – пронеслось у неё в голове. – Я же тёмная фея! Никакие физические повреждения мне не страшны! Что ж, в этом она, похоже, ошиблась. Потому что на затылке она нащупала довольно большую шишку.

Постепенно приближающиеся к ней шаги отдавались в её голове неестественно громким эхом. И вот Август Пинлин остановился перед ней и посмотрел на неё свысока. Затем он вдруг метнулся к своему физическому телу и небрежно смахнул с руки остатки сгоревшего заклятия.

Так он меня обманул! – догадалась Офелия, изо всех сил стараясь оставаться в сознании. – А Деметрий ведь предупреждал меня, что с ним опасно иметь дело… И вот он одурманил меня и украл мою магию. Не всю, конечно же. Но её осталось так мало, что она почти ничего не чувствовала. А вот в глазах Августа горел тёмно-красный огонь – огонь, который он украл у неё.

– Прости за эти неудобства, – проговорил он, разглаживая свою красную ночную рубашку. – Я знаю, ты пришла, чтобы сопроводить меня в мир мёртвых. И при других обстоятельствах я бы с радостью отправился за тобой. Но увы – планы слегка изменились. И ты поможешь мне осуществить их.

8

Старые счёты

Офелия приподнялась.

– Какого дьявола…

Тут у неё внезапно закружилась голова, и она в последний момент успела схватиться за книжную полку, чтобы не упасть. Её тело вдруг показалось ей невероятно тяжёлым.

– Осторожнее. – Август положил руку ей на затылок. Головокружение постепенно отступало, а по телу разливалась приятная прохлада. – Ты потеряла большую часть своей магии. Если не будешь аккуратна, может быть очень больно. А мне бы этого не хотелось, потому что ты мне всё ещё нужна.

И тут Офелия поняла, почему её так успокоило это холодное прикосновение: ведь он использовал её магию, она сама так же останавливала головокружение! Когда силы ещё были при ней… Офелия сердито оттолкнула его руку.

– О нет, – хрипло проговорила она. – Я не теряла свою магию. Ты украл её у меня!