— Потому что угроза исходит от наших территорий, и, следовательно, находится под нашей юрисдикцией. Они не хотели предпринимать действия, которые могли бы поставить под угрозу такой шаткий мир между империями.
— Они не хотят провоцировать открытую войну с Империумом?
— Не хотят.
— Скорее уж, не хотели, — ответила я. — Теперь у них кончилось терпение, не так ли?
— Они считают, что угроза куда страшнее, чем мы думаем, и они подавлены отсутствием прогресса Империума в этом деле. Они считают, что мы сильно недооценили опасность. Таким образом, они чувствуют, что обязаны принять меры, несмотря на опасность войны. Эльтахек. Ультве. Ньято. Алайток. Олн-Танн.
— И опять эти слова…
— Это названия миров-кораблей, Бета. Пять искусственных миров, что в настоящее время движутся к Санкуру. Беспрецедентное объединение сил альдари в мирное время. Они собираются обрушить объединенный гнев на систему.
— Этот мир скоро умрет?
— Да, вся система, скорее всего, будет стерта в порошок. И каким бы ни был результат, каким бы ни был успех санкционированного ими нападения, оно, по всей видимости, вызовет эпоху жестокого и широкомасштабного военного конфликта с альдари.
— Если они пойдут на такой риск, тогда Король в Желтом действительно очень большая угроза, — тихо добавила Кара.
— Они вам неделю дали? — сказала я.
— А я просил месяц…
— А они дали неделю. Похоже, ксеносы не придают большого значения вашему прошлому общению.
— Неделя — выигранный в результате долгих переговоров результат. Они вознамеривались начать развертывание завтра. И, в любом случае, уведомить меня об этом, было весьма вежливо с их стороны…
— Дело не в вежливости, — предположила я.
— Решено, — ответил он. — Все срочное теперь стало необходимым. Все вторичные расследования приостановлены. Мы немедленно выдвигаемся, чтобы приступить к особой цели, чтобы повлиять на вход в царство Короля через Королевскую Дверь.
— Не думаю, что это осуществимо. Я Вам постоянно это повторяла. Не верю, что это осуществимо, и мы после этого выживем.
— Я услышал твое мнение, но решил иначе.
— Сэр, я думаю, что нахожусь на пороге открытия альтернативного способа проникнуть в…
— Порог этот не слишком близок, Бета, — ответил Гидеон. — Забудь. Я высоко ценю твои старания и проделанную работу. Но больше времени для размышлений и расспросов нет.
В этот момент я собиралась ему прямо рассказать о поразительной идее, пришедшей мне в голову по дороге. Но заколебалась. Я не скрывала, что была полна сомнений. И вот я вновь почувствовала, что мое доверие к этому человеку подверглось испытанию. С самого начала он демонстрировал открытость, но существовало также так много мелочей, в которых он не был со мною откровенным. Он поделился моими мыслями без разрешения, отказался от плана и бросил меня на произвол судьбы, не сказав ни слова, ничего не объяснив. Его связь с ксеносами оказалась для меня ударом в спину. Он слишком часто закрывался от меня. Этого, так я думаю, и следовало ожидать. Он был инквизитором, а я всего лишь помощником. И я это прекрасно понимала. Его прерогатива — решать, моя — выполнять приказы. И моя идея требует времени для оценки и проверки, а он не потерпит задержек в будущем.
И все же, я уверена, что он совершает ошибку, а ошибочное суждение навязали ему обстоятельства. Поэтому я перевела дух и рискнула вызвать его гнев. Итак, я все равно решила высказать ему все. Но кто–то заговорил за меня.
— Думаю, тебе стоит выслушать ее, Гидеон.
Голос раздался из дверного проема позади меня. Я обернулась.
Там стоял Эйзенхорн.
ГЛАВА 28
Я ощутила, как оружие Рейвенора начало перезаряжаться.
Эйзенхорн неопределенно махнул рукой.
— Гидеон, прошу, не стоит, ладно? Я пришел сюда отнюдь не драться.
— По приказу я должен вас задержать, как Экстремис Дьяболус.