Леди ар-Терион и Шейла довольно переглянулись.
Разумеется, безумно дорогой гранёный флакон в форме розы тоже был найден Шейлой в той лавке и насильно куплен. А потом насильно побрызган на меня.
- В замкнутом пространстве это настоящее преступление, - проворчал дракон, бросая на меня короткий взгляд искоса. – Тем более, нам предстоит много работы. Тебе не следует меня отвлекать.
Шейла хихикнула в веер.
- Что? – рявкнул Шейдар.
Да уж, с таким братом поневоле станешь стрессоустойчивой. Глядя на Шейлу, невозможно было поверить, что её вообще хоть что-то на свете может смутить или испугать. Вот уж кто никогда не теряет душевного равновесия.
- Да ничего! – снова хихикнула она. – Просто мы с мамой тоже надушены, как и полагается дамам. Но нам ты претензий не предъявляешь. Знаешь ли, мы Молли побрызгали не так уж сильно, только рядом с кожей можно ощутить, очень даже тонкие и изысканные духи. Но ты чувствуешь только их. С чего бы это?
От раздражения дракона воздух пошёл горячими волнами. Серо-стальные чешуи проявились на тыльной стороне его ладони, сжатой в кулак.
Я сидела тихо, как мышь, молясь про себя, чтобы Шейла перестала его дразнить. Иначе он спалит сейчас нам всю карету, к форловой бабушке, кто бы это ни были такие.
Шейдара дико злит вся ситуация. Король, его приказы, переезд, зелье… ещё и Шейла со своими фокусами добавляет!
Но кажется, он взял себя в руки. Чешуи втянулись обратно в кожу.
Я осторожно бросила любопытный взгляд из-под ресниц и продолжила украдкой его разглядывать. Почему я раньше не замечала, какой красивый у меня дракон? Желание увидеть его в полной драконьей форме вдруг вспыхнуло нестерпимым огнём.
Конечно, зелье заставляет меня необъективно относиться к этому самодуру и деспоту. Но всё же нельзя не признать, что во всей этой ситуации есть что-то завораживающе прекрасное. По крайней мере, можно окунуться в это пламя странных и мучительных желаний, не терзаясь угрызениями совести. Потому что я тут не при чём, это же всё магия. И просто наслаждаться тем, что ещё как минимум шесть дней мы будем рядом.
Правда, вряд ли так близко, как сегодня ночью.
Ох, зря я вспомнила!..
Огонь стал распространяться под платьем, вспыхивать во всех местах, которых ночью касался дракон.
Шейдар медленно повернул голову и встретил мой взгляд в упор своим – зелёным, жгучим, полным тёмного пламени. Я не успела опустить глаза и сделать вид, что не разглядываю его. Он заметил.
Один. Два. Три такта сердцебиения.
Его взгляд опускается на мои губы. Они мгновенно пересыхают. Мне приходится облизать. Целоваться хочется невыносимо. Для той, кто только вчера ночью впервые попробовала, у меня внутри – слишком большой голод. Как хорошо, что можно спихнуть на зелье и не чувствовать себя развратной особой…
Шейдар как приклеенный следит за движением моего языка. А потом прикрывает глаза, снова отворачивается и бьётся затылком об обитую бархатом стенку кареты.
- О господи, дай мне сил! – стонет через стиснутые зубы. Я вижу, как ходят желваки на скулах. Костяшки на стиснутых в кулак пальцах побелели.
- С тобой всё в порядке, дорогой? – сладко интересуется леди ар-Терион. – Шейла рассказала нам о вашем маленьком… затруднении. Возможно, нам с ней стоит отвернуться и прикрыть глаза веерами, чтобы дать вам возможность… кхм-кхм… снять немного напряжение?
Шейла давится смехом так, что ее матери приходится ткнуть ее свернутым веером в бок. Сама она хранит удивительно серьёзное выражение лица. Лишь глаза выдают – в них плещется смех.
На Шейдара мне страшно смотреть.
Он бросает на меня полный бешенства взгляд.
- Видимо, ты не заметила тот пункт нашего контракта, где значилось неразглашение любой служебной информации? – он с нажимом выделяет «любой».
Вжимаю голову в плечи.
- П-просите, милорд!
Ну вот. Теперь он ещё сильнее на меня злится. Чувствую себя ещё более несчастной. Что он теперь обо мне думает? Что я – болтушка, у которой ни один секрет не держится дольше, чем вода в сите?
К счастью, мои мучения не длились слишком долго. Мы приехали.