— Как много, — выдыхает он мне в губы.
— Агна старалась.
— Агна жестокая женщина.
Я прикусываю его нижнюю губу. Корвин рычит и отрывается от меня. Пересаживается на скамью напротив. Грудь у него ходит ходуном.
— Сяду рядом — урока не будет, — говорит он. — Последний урок, Госпожа. Взгляд.
— Иссара смотрела на человека и решала, сколько он стоит.
— Сегодня на тебя будет смотреть вся площадь. И решать будут они.
Корвин подаётся вперёд, упирает локти в колени. Его колени зажимают мои.
— А ты смотри на них и назначай цену. Каждому.
Карета подпрыгивает на камнях. Я смеюсь, и Корвин смотрит на меня так, что я замолкаю.
Его ладонь ныряет мне под подол. Обхватывает щиколотку. Ползёт вверх по чулку. Под коленом задерживается, и большой палец кружит по ямке, пока у меня в туфлях не поджимаются пальцы.
Ладонь поднимается к подвязке. Выше. К голой коже, где чулок кончается и начинаюсь я.
— Смотри на меня. Назначай цену. Сколько я стою, Госпожа?
Я смотрю. На ошейник под свежим воротником. На рот, припухший от моих зубов. На пальцы, которые сейчас решают, дышать мне или нет.
— Всё, что у меня осталось.
Осталось немного. Одно утро и минута у Колодца.
Корвин открывает рот. Пальцы замирают у меня на бедре. Сейчас он скажет: «Тебе пора домой». Или: «Там тебе будет лучше».
Он закрывает рот.
А у меня на языке крутится свой вопрос. Пять слов. «Ты хочешь, чтобы я осталась?» Я набираю воздуха, подаюсь вперёд и целую Корвина. Так проще. Губы заняты, вопрос остаётся при мне.
Про вечер мы оба молчим. Вечер наступит после Колодца. Если наступит.
Карета замедляет ход. Корвин заводит руки мне за шею и застёгивает две верхние пуговицы. Пальцы задерживаются на затылке, в волосах.
— Смотри на них, — говорит он. — На меня потом.
Потом. Будто оно у нас есть.
Снаружи гудит площадь. Я киваю и тянусь к дверце.
Корвин перехватывает моё запястье. Пальцы у него дрожат. У Корвина, который дрался в Яме с Хортом.
— Останься со мной. — Он выталкивает слова на одном дыхании, глаза его горят. Голос срывается. — Навсегда.
Кучер распахивает дверцу. В карету врывается рёв площади.
Площадь Двух Лун начинается у подножия дворцового холма. Посреди неё из брусчатки поднимается Колодец, каменное кольцо мне по пояс. Вода в нём чёрная и держится вровень с краем.
Над восточными крышами всходит большая луна, над западными малая. К полуночи они сойдутся над Колодцем.
Дамы выстроились вокруг Колодца полукругом, каждая со своими рабами. Горожанки облепили крыши и дворцовую лестницу. У края площади храмовые стражницы обкладывают дровами столб, полено к полену, с усердием хороших хозяек.