– У вас шаги почти бесшумные, – ответил он, складывая бумаги в неровную стопку, но после выровнял её несколькими отточенными движениями ладоней. – И вы почти всегда останавливаетесь у двери, прежде чем постучаться.
– У вас удивительно чуткий слух, – заметила я, на что он ответил с едва различимой улыбкой на губах.
– Должность обязывает. Хорошо слышать и ещё лучше видеть. Замечать всё, что не видно обывательскому глазу.
Я неторопливо приблизилась к столу и вопросительно посмотрела на стул у рабочего стола превосходительства. Строганов молча кивнул и я села, положив ладони на колени, но вопросы задавать не стала.
Пускай сам всё расскажет. А то ещё решит, что я слишком любознательная.
Тем временем Дмитрий полез в верхний ящик стола и достал оттуда конверт, положив перед собой широкой стороной.
У меня внутри всё сжалось.
Конверт?
Это что… расчёт?
Глаз нервно дёрнулся. Пальцы беспомощно стиснули шерстяную ткань подола, а сердце ёкнуло, ударившись о рёбра.
– В-ваше превосходительство, – голос сорвался на сиплый шёпот, но я не могла больше оставаться в неизвестности. – Ч-что это?
Дмитрий удивлённо поднял бровь.
– Как что? – в его тоне на мгновение почудилась растерянность. – Ольга Георгиевна, скажите, какой сегодня день недели?
Я недоумённо хлопнула глазами. Это тут при чём?
– Четверг.
– И всё? – изогнул тёмную бровь его превосходительство.
Да что он со мной играет-то?
Тянет кота за… усы, вместо того, чтобы прямо сказать: “Я от вас устал и нашёл замену. Она понравится Даше, а вам счастья, здоровья и удачи.”
Молчание затянулось. Я намеренно не стала отвечать, и Дмитрий Александрович первым сдался:
– Сегодня ровно неделя, как вы работаете в моём доме, – терпеливо пояснил он, и взгляд начальника сыскной полиции стал немного мягче. – И несмотря ни на что… – он открыто намекнул на вчерашнее, – я хочу поощрить вас авансом. Чтобы вы чувствовали себя спокойнее с карманными деньгами на руках.
У меня едва челюсть не рухнула на колени. Совсем забыла про зарплату, и честно говоря, думала, что получу её не скоро. А Строганов тем временем пододвинул ко мне конверт.
– Во избежание недоразумений и ваших пылких речей ещё раз повторю – это не подачка и не подарок, а честно заработанное вами.
Я аккуратно взяла конверт, чувствуя, как к щекам приливает краска.
– Благодарю, ваше превосходительство, – выдохнула, до конца не веря, что всё обошлось. Мало того, у меня теперь есть собственные честно заработанные деньги! Теперь станет проще сделать Дмитрию тот подарок, о котором я ни на день не забывала, ещё обязательно порадую Дашу, а остальное отложу.
– Это не всё, – он откинулся на спинку кресла, – предоставьте мне, пожалуйста, к вечеру отчёт за прошедшую неделю. Об успехах Дарьи и о её слабых сторонах в обучении. Такой отчёт мне будет нужен еженедельно.
– Конечно, — ответила я, не став скрывать радость, прорывающуюся в голосе. – Я обязательно вам всё подготовлю и дам комментарии по каждому пункту.
Он помолчал секунду, всё ещё меня не отпуская, и тихо полюбопытствовал:
– Как дела с её проблемой?
Я с гордостью рассказала о нашей первой маленькой победе.
– Ночью я положила на пол мокрую тряпицу. Она встала, наступила... и проснулась. Потом снова уснула и больше не ходила.