— Ты не знаешь состояния дел в государстве,— губы Сигрита вытянулись в тонкую линию, в глазах засверкал гнев.— Камень помог бы мне сохранить мир в государстве. Я приказываю...
— Нет, сэр,— сказал Голт.
В глазах Сигрита теперь бушевало пламя.
— Ты осмеливаешься перечить мне?— он вскинул голову.— Я король Бурна!
— А Тайна — королева Иннисгейла, и я ее муж. И если вы выступите против нас, возможно, камень не будет втуне лежать в тайном убежище,— взгляд Голта стал тверд.
Взгляд Сигрита тоже. Прошла длинная томительная минута. Затем губы Сигрита под золотистой бородой медленно изогнулись в улыбку.
— Ты стал совсем другим, барон Голт. Ты совсем не тот, кого я посылал в поход. Старше, сильнее.
— Да, Ваше Величество, вы правы.
— И хорошо, что мы с тобой поспорили,— Сигрит отвернулся.— Я думаю, что мы не станем врагами. Но все же... камень. Если он не будет у меня, то какая гарантия того, что его не найдет кто-нибудь и не использует против меня?
— Он в таком месте, король Сигрит,— твердо сказала Тайна,— что ни один человек не сможет найти его, даже мой муж,— разве что я сама дам его в случае крайней нужды. Как это было в Иннисгейле, когда потребовалось восстановить справедливость. Вы в свое время не захотели взять его и теперь он не будет принадлежать никому. Таковы инструкции моего отца. Это я гарантирую. Камень находится вне предела досягаемости любого смертного.
Сигрит, все еще отвернувшись, молчал. Затем он сказал:
— Ясно. Хорошо, я не буду требовать камень. Если я буду упорствовать, это будет мне стоить золота и серебра, действием которых я могу заменить действие камня, чтобы уравновесить напряжение в государстве, оставить Страну Света в моей империи. Там уже настолько развились науки, что может сформироваться новое государство, независимое от меня. Хорошо, забудем камень.
— Благодарю, Ваше Величество,— проникновенно сказал Голт.
— Но еще остаются другие вопросы,— сказал Сигрит.— Иннисгейл. Он должен стать провинцией Серых Стран. И еще, королева Тайна, ты говоришь, что можешь отказаться от правления?
— Да, сэр. Если вы назначите регента ласкового и доброго, который вырастит зелень,.пробивающуюся сейчас из пепла сожженных лесов, который будет милосерден к тем немногим слитам и вирам, которые бежали после разгрома в свои дальние убежища, если он будет по-человечески эксплуатировать шахты, если он будет добр к ранахам Великих Болот, которые охраняли нас на пути сюда, если у вас есть человек, чья мудрость и опыт равны вашим...
— Тогда ты откажешься от королевских прав?
— Да, сэр, я откажусь,— она сжала руку Голта,— чтобы стать госпожой Железных гор.
Снова руки короля потянулись в задумчивости к бороде.
— Мне кажется, у меня есть такой человек. Голт, как ты думаешь, Вальдхер справится с правлением в той стране за Болотами?
— Самым лучшим образом, Ваше Величество.
— Тогда я пошлю его в Иннисгейл, мою новую провинцию,— Сигрит взглянул на Тайну.— А вдруг он найдет камень? Он стар, но если Камень Могущества попадет в его руки...
Тайна улыбнулась.
— Не беспокойтесь, милорд. Убежище абсолютно надежно. Ни Вальдхер, ни вы, ни Голт, ни все дьяволы ада не смогут найти его до тех пор, пока мой отец Ганон в своем следующем воплощении не решит его достать сам. Камень исчез. Теперь судьбы мира в обычных человеческих руках.
— Достаточно,— сказал Сигрит.— Хорошо, Вальдхер в Иннисгейл, Голт со своей невестой в Железные Горы,— он улыбнулся. И все обиды, сдержанность и хитрость исчезли.
Он согласился с тем, что камень ему не достанется. Ни ему, ни другому и, значит, он самый сильный в мире. Он подошел к Голту и пожал ему руку.
— Побольше детей,— сказал он,— процветания, мира.
— Благодарю, Ваше Величество.
Король поцеловал Тайну.
— Мы надеемся часто видеть вас при дворе.
— Железные Горы далеко,— сказала Тайна,— но мы будем охотно приезжать, милорд.