Андре сел на белые ступени и щелкнул затвором. Пуля мягко легла в патронник. И в этот момент, издавая истошные вопли, во двор вбежал тот самый наемник, в которого стрелял Мигел.
— Ты что орешь, скотина? — крикнул ему Андре.
— На меня напали! Трое! Чуть не убили, чудом удалось увернуться от пуль!
— Это они! — Лицо Андре исказилось страшной гримасой. Он схватил парня за воротник и хорошенько тряхнул: — Прекрати истерику. Ты не ошибся? Их действительно трое?
— Да, двое мужчин и женщина.
— Ах так — Управляющий со злостью сплюнул кровавую слюну.
— Так, значит, и девчонка с ними... Где они?
— Там, недалеко, не доходя до ограды. Их еще можно догнать.
— Почему ты без оружия?
— Я... Я... Испугался... Бросил винтовку... Меня чуть не убили...
— Размазня! — Андре залепил трусу пощечину. — Из-за таких, как ты...
Он не договорил. Со всех сторон к дому сбегались заспанные «солдаты», и вскоре несколько десятков мужчин стояли навытяжку перед своим командиром. Андре как бывалый полководец прохаживался вдоль строя и отдавал последние распоряжения:
— Перед вами, сосунки, стоит задача — догнать трех беглецов. Как только вы их обнаружите, стреляйте. Принесите мне их головы! Спустите охотничьих псов! Сделайте все возможное, но только не дайте им уйти!
..До леса было уже рукой подать, оставалось только преодолеть широкое поле, на котором мирно паслись добродушные коровы.
Алваро помогла Изауре и Мигелу перебраться через высокую бревенчатую изгородь, отделявшую имение Леонсио де Фонсеки от всего остального мира, когда где-то вдалеке раздался громкий собачий лай. Пять коренастых доберманов, почуяв добычу, неслись со всех ног сквозь высокую, покрытую ночной росой траву.
— Нам конец! — в отчаянии вскрикнула Изаура. — Они спустили псов! Страшные животные разорвут нас на куски!
— Этого нам только не хватало. — Мигел в сердцах стукнул рукояткой револьвера по изгороди, — Что же делать? Мы пропали!
— Главное — сохранять спокойствие, — хладнокровно сказал Алваро. — Да, наше положение осложнилось. Но выход есть. Нужно идти вперед, иного пути у нас нет. Хотя... Шансов совсем немного. Нам предстоит неравная схватка. Милая моя Изаура, я не могу более подвергать тебя опасности. Ты должна остаться. Господин Мигел, есть ли где-нибудь поблизости место, где девушка могла бы спрятаться, чтобы ее не нашли?
— Какое место? — Мигел запаниковал. — Кругом только поля да холмы! Нет, я вспомнил! Доченька, видишь вон то высокое обгоревшее дерево? Под ним когда-то стоял наш дом... В этом старом кедре есть дупло, в котором ты можешь поместиться!
— О чем вы говорите?! — Изаура вцепилась в руку Алваро. — Чтобы я оставила вас? Бросила как последняя предательница? Никогда, слышите? Никогда! Лучше уж я приму смерть вместе с вами!
— Я прошу тебя. — Алваро крепко прижал к себе возлюбленную. — Ты должна спастись. За нас не беспокойся, мы успеем добраться до леса прежде, чем нас догонят. В лесу они нас не найдут... Ты не сможешь бежать быстро, молю тебя, не упрямься. Во имя наших будущих детей поклянись, что ты сейчас не пойдешь с нами, что спрячешься в дупле старого дерева. Я вернусь, обязательно вернусь. Ничего не бойся. Завтра утром, когда страсти улягутся, возвращайся к Жануарии. Тебе ничего не грозит, это на нас с Мигелем Леонсио держит зло...
— Хорошо. — У Изауры перехватило дыхание, к горлу подкатил комок. — Я... Я сделаю все, о чем вы просите... Я... Боже, за что ты обрек нас на такие мучения?
Собачий лай становился все громче и громче.
— Не теряй времени, беги. Псы погонятся за нами. — Алваро легко перепрыгнул через ограду. — Беги же, ну!
Изаура не помнила, как она добралась до старого обгоревшего кедра. Слезы застилали ей глаза, колючий терновник царапал нежную кожу. Девушка задыхалась от отчаяния и безысходности. Наконец из ее груди вырвался пронзительный, жалобный крик Изаура прижалась к дереву, под которым когда-то сгорела ее мать, и затряслась в рыданиях.
Она не видела, как по полю, клацая зубами и распугивая коров, неслись доберманы, как они уже почти нагнали беглецов, как Мигел выхватил револьвер и выстрелил в вожака стаи, после чего пес заскулил и бешено закрутился на месте, а остальные собаки остановились как вкопанные и с испугом наблюдали за предсмертными судорогами их предводителя...
Вдруг молния озарила холмы, прогремел гром, и началась гроза. Нескончаемый поток воды обрушился с мрачного, хмурого неба.
Девушка, цепляясь за толстую шершавую кору, стала взбираться на дерево. Несколько раз руки ее срывались, она падала на влажную землю, но снова поднималась и продолжала карабкаться. И вскоре ее старания увенчались успехом.
В дупле оказалось сухо и уютно. Изаура свернулась калачиком и закрыла глаза. Сильный ветер раскачивал дерево, заставляя его пронзительно скрипеть.
Девушку бил озноб, она промокла насквозь, ее зубы выстукивали мелкую дробь. А гроза все усиливалась. И все же сквозь плотную водяную пелену можно было разглядеть десятки крошечных огоньков — это наемники, прикрывая плащами керосиновые фонари, медленно шли по направлению к лесу.