Ифрит говорит:
— Я там лежал, ожидал, что к такому-то времени меня из сундука выпустят. Не выпустили меня к такому-то времени. Оттого поклялся я, что любого, кто меня из сундука выпустит — сожру тотчас.
Сильно Рыбак опечалился. И тогда пришла Рыбаку в голову одна мысль: «Не удастся ли его обратно в сундук запихнуть».
После чего говорит ифриту:
— Ты здесь толкуешь, будто бы из сундука объявился, да сильно здоров ты, брат, телом. Навряд ли ты из сундука вылез, я, видать, проглядел из-за дыму-то. Не иначе, ты сбоку подлез. Тебе, брат, в сундучке этом ни в жизнь не уместиться.
Тот отвечает:
— Я точно из сундука вылез.
Рыбак говорит:
— А ну-ка попробуй обратно влезть, уместишься ли? Вот тогда я поверю.
Ладно. Тот говорит:
— Коли не веришь, вот сейчас влезу.
Сильно ифрит уменьшился и обратно в сундук полез. Влез он туда, и Рыбак за ним крышку захлопнул. Заорал ифрит изнутри:
— Эй, брат, выпускай меня отсюда!
Тот говорит:
— Не выпущу. Коли выпущу, ты жрать меня начнёшь, оттого и не выпущу. Я тебя выпустил, а ты меня слопать собрался. Вот теперь уж не выпущу. Я на твоём сундуке сейчас ещё одну надпись сделаю: «Кто, мол, откроет, того и сожрут тотчас».
Ифрит тут заныл, заобещался всяко:
— Я своему слову хозяин. Выпусти, я тут долго сидел, не могу более. Коли выпустишь, я тебе четыре озера укажу. Будешь в них рыбу ловить, рыба та страшно дорогая. Тебе, мол, того занятия на всю жизнь хватит.
Ладно. Выпустил Рыбак ифрита. Поначалу дым из сундука пошёл, потом и ифрит объявился. Показал Рыбаку четыре озера, вот, мол, из этих самых озёр. Говорит:
— Рыбу из этих озёр только падишахи кушают.
Такие там рыбы водились дорогостоящие. Показал ифрит озёра, распрощался и был таков.
Пошёл этот человек на озеро, ифритом указанное, рыбы наловил. Эту рыбу купил у него сын падишаха. Кучу денег ему отвалил. Рыбу передал поварам. Повар её очистил и всё, что надо, сделал. Уложил на сковороду и на плиту поставил. В этот миг появился на кухне старик некий при чалме и в чапане и сказал:
— Эй, рыбы, клятву свою забыли?
Рыбы тут встрепенулись, головы свои приподняли и сказали:
— Мы клятве своей верны, и обратились в чёрный уголь.
Сильно повара опечалились. Нельзя такое блюдо к падишаху нести. Кинулись они Рыбака искать. Попросили его:
— Принеси нам быстрее рыбин таких же.
Продал им Рыбак таких же рыбин и ушёл восвояси. Пришли четверо поваров, очистили рыбу, на сковороду уложили. Говорят:
— Теперь уж не сгорит.
Ну, вчетвером присматривают. И опять объявился некий при чалме и в чапане. Сказал:
— Эй, неверные рыбы, клятву свою держите.