— Двенадцать штук, усиленные, — ответила та, вспоминая.
— Маловато, конечно, но должно хватить.
План начал вырисовываться у меня в голове. Но прежде чем начать выполнять работу, неплохо бы обсудить плату за нее.
— Миссия очень опасна. Риски огромны. В нашей стране для уничтожения монстров подобного уровня, как правило, привлекают не меньше полка при поддержке тяжелых мехов. — Тут я, конечно, немного преувеличил: хватило бы и дивизиона из шестнадцати машин. Но лезть на неизвестного типа монстра уровня Лорд одним звеном — это что-то на уровне безумия или нужды большой и неотвратимой, как у нас сейчас.
— Я понимаю, — кивнул наместник, — и готов всемерно вам помочь. Всем, чем смогу. Моя армия, мои люди — в вашем распоряжении.
Что ждет столицу провинции, когда сотни голодных тварей вместе со своей королевой полезут вниз, он даже не представлял. Хотя нет — представлял весьма отчетливо. От долины до города всего три дня пути, а это почти единственный большой источник пищи в окрестностях. Он уже видел города, павшие перед тварями, и очень не хотел, чтобы и его дом ждала такая участь.
— А что насчет платы за нашу работу? — уточнил я. Деньги — это всегда серьезно. И свою награду лучше обсудить заранее, а не после выполнения миссии. Неплохо бы при возвращении домой закрыть, например, свой долг за Зевса. Да и вообще, почему бы не заработать, если такая возможность есть, попутно помогая людям и исполняя свой долг по защите их от тварей.
Наместник, услышав мои слова, надолго задумался. Затем, решившись, произнес:
— Две тысячи лян серебра я, пожалуй, смогу найти. Хотя для меня это будет весьма непросто. Придется обратиться к знакомым купцам и горожанам за помощью.
— Так и сколько это в рублях? — задумался я.
Видел я этот лян — небольшой слиток, похожий на сплюснутый грецкий орех с небольшим иероглифом в центре. На вес — примерно грамм сорок. Выходит около трех рублей серебром. Примерно шесть тысяч… За тварь размером с пятиэтажный дом, под сотню тонн весом, которую местные не могут ни остановить, ни убить, — что-то маловато будет. В угол я наместника загонять не хочу, но поверить в то, что столица целой провинции может едва насобирать шесть тысяч, — что-то не верится. Ты мне сам недавно вручил десять слитков, просто чтобы мы согласились на тебя поработать. И не ныл, что побирался по всему городу, собирая золото для меня. А значит, озвученная цена — это просто предмет для разговора. Годами занимаясь в тренировочном зале и общаясь с местными китайцами в Острожске, я уже успел немного разобраться в их менталитете.
— В таком случае пускай поищут двадцать тысяч, — решившись, сказал я, услышав удивленный вздох Давида, не сумевшего сдержать себя.
— Это слишком много, — с улыбкой ответил наместник, приняв мое предложение к торгу. — Жизнь, конечно, дороже серебра, но невозможно дать того, чего просто нет. Мы бедны, Иван, и даже если продадим собственных детей и жен, такую сумму собрать просто физически не сможем. Я понимаю, что монстр крайне опасен, вы очень серьезно рискуете собой, но может, три тысячи станут достойной компенсацией за ваш риск?
Спустя три часа
— Пять тысяч, — прошептал Давид, глядя в потолок нашего домика. — Это ж выходит пятнадцать тысяч рублей, по пять тысяч на брата. Охренеть можно. Я ж в Грузии себе целый дом за эти деньги куплю, да еще земли пару гектаров.
— Главное бы еще туда попасть, — задумчиво протянула Вика. — Я свои деньги семье отошлю: Аньку можно в институт отправить, маме швейную машинку куплю, папе печатную, и еще мотоколяску себе…
— Можно было бы и больше, — сказал я, размышляя, — но тут перегибать тоже нельзя. Нужно помнить, что мы не дома, а в гостях. И если быть слишком жадными, то в какой-то момент хозяева могут решить вернуть свое назад, а нас просто закопать под порогом дома, чтобы удачу и деньги в дом приносили в качестве призраков.
— М-да, тут ты прав, — протянул Давид. — Тут и за пару рублей прирезать готовы, не говоря уже про такие деньги.
— Ну, пока мы полезны местным хозяевам, угрозы для нашей жизни нет, — ответил я. — А вот потом стоит задуматься о том, что делать дальше и как будем выбираться домой вместе с накопленным. Да и знать об этих деньгах особо никому не стоит. А то налоги всякие, еще что-нибудь — желающих пристроить наши деньги в свои руки найдется немало.
— Ладно, разберемся потом, — махнул рукой Давид. — Командир, у тебя план-то есть, как мы эту тварь убивать будем?
— Разумеется, — ответил я. — Только мне нужно подготовиться. Пару дней на планирование все же придется потратить.
— Еще раз: сама дорога — метра четыре в ширину. Здесь располагается овраг с кустарником. Сами твари могут отлично лазить по скалам и дорогу почти не используют, кроме королевы.
— Все верно, — разведчик наместника быстро кивнул и что-то залопотал. Сидевший рядом Чжу Эн, отхлебнув глоток чая, начал переводить. Он как единственный знаток в провинции русского языка вынужден был выступать переводчиком во время разговора.
— Он говорит, что еще тварь может плеваться сгустками яда. Прилипая к твердой поверхности, он начинает густо чадить оранжевым дымом, парализуя всех, кто его вдохнет. Сам яд очень густой и липкий, его почти невозможно удалить.
— А глубина оврага здесь какая? — я ткнул в местность возле горы.
Чжу Эн быстро затараторил, спрашивая невысокого пожилого китайца, сидящего напротив. Тот задумался, что-то прикидывая в уме, затем быстро ответил.
— Около пяти метров, — последовал ответ.
— Хорошо, — кивнул я.
Уроки в штабном классе и пара учебников, прочитанных мной, прошли не зря. Все-таки майор Салябин был хорошим специалистом: и на мои вопросы не ленился отвечать, и учебники по тактике и стратегии современного боя дал. Жалко, что кончил плохо. Надеюсь, граф Бестужев все же его не убил. Такие полезны живыми.
— Как часто спускаются твари с гор? — уточнил я. — И в каком количестве?