— Прошу, — китаец дружелюбно распахнул двери в одну из комнат, где я увидел обставленный вполне себе по европейским меркам кабинет. Стол, стул, книжные шкафы, глобус, удобное кресло и даже карта, закрепленная на стене и утыканная множеством разноцветных флажков.
— Итак, для начала позвольте ответить на первый ваш вопрос: мы находимся вот здесь, — императорский наместник подошел ближе к карте и ткнул в отметку на ней с изображением города.
— А до границы с Россией примерно сколько? — уточнил я с замиранием в груди.
— Примерно восемьсот километров по весьма безлюдным местам, — ответил Чжу Эн. — Там, насколько я знаю, возле реки централизованные власти уже отсутствуют лет пять или семь — как с нашей, так и с вашей стороны. Последние приграничные поселения пали года три назад во время восстания Красных кулаков.
— Кого? — с удивлением уточнил я, ничего о подобном явлении не зная.
— Красных кулаков, — уточнил чиновник. — Очередные религиозные фанатики, посчитавшие, что бедствие в виде открытия врат и нашествия чудовищ ниспослано богами из-за нашествия на наши земли бледнолицых чудовищ. К коим они отнесли всех иностранцев, проживавших в нашей стране, в том числе и ваших соотечественников. В ходе массовых беспорядков было разгромлено множество торговых факторий, которые ваши соотечественники еще держали в нашей стране, через них осуществляя поставки пороха и продовольствия в обмен на чай, фарфор и шелк. Уничтожили военную миссию в Харбине. Сильно пострадало посольство в Пекине, но его не смогли захватить — казаки смогли удержать периметр.
— Та-ак, — я прикинул расстояние, которое мы смогли преодолеть благодаря попутному ветру, толкавшему нас все время вперед, и у меня слегка подкосились ноги. — А в Харбине хоть какая-то централизованная власть есть? — с опаской уточнил я, прикидывая возможный маршрут для возвращения.
— Честно говоря, понятия не имею, — чисто по-русски пожал чиновник плечами. — Последние новости от них до меня доходили года три назад, и то это была просьба о помощи. Так что я понятия не имею, что у них происходит сейчас.
— Твою мать! — невольно выругался я. — А какие-нибудь военные или дипломатические миссии нашей страны в Китае сохранились?
— Конечно, — счастливо улыбнулся чиновник. — Я же говорил, что посольство в Пекине уцелело и, возможно, функционирует до сих пор. Так же есть постоянный дипломатический представитель при кочующей резиденции императора. В этом я точно уверен. Мне полгода назад о его присутствии при дворе императора наместник соседней провинции писал, куда с визитом прибыл император со своим двором. Просил сто мешков риса — Его Величество успел изрядно опустошить кладовые его двора.
— Кочующая резиденция? Это как? — недоуменно уточнил я, пытаясь разобраться в том бреде, что я сейчас слушал.
— Ну-у-у… — чиновник присел за стол, пытаясь правильнее подобрать слова, чтобы объяснить все происходящее в стране. — После падения Запретного города, который уничтожил Царь-гора, император более не желает находиться в одном месте, опасаясь повторного визита этого чудовища. Ну и плюс двор Его Величества очень прожорлив. Содержать его крайне тяжело: министры, чиновники, гарем, евнухи, слуги, повара, конюшие, плюс дворцовая гвардия — все они потребляют чудовищное количество риса, не говоря уже про остальную еду. Содержать их крайне трудно, а экономика страны находится в жутчайшем упадке. Бандиты, чудовища и торговля опиумом буквально уничтожают все. Перевозка чего-либо по стране, а особенно продовольствия, очень затруднена. Поэтому Его Величество вынужден постоянно перемещаться из провинции в провинцию. По мере истощения припасов в одной, он вместе со свитой переезжает в другую, одаряя своим визитом подданных. Но к нам они не заезжали давно — слишком опасно.
— М-да уж… И что мне делать?
Чжу Эн и без слов понял мой молчаливый вопрос по моему взгляду на карту.
— На вашем месте я бы написал письмо и направил его в посольство в Пекине, если оно еще продолжает работать. Недели через две отправляется караван с охраной в соседнюю провинцию — достаточно большой, чтобы иметь шансы уцелеть по дороге. Я могу с ним передать ваше послание. Местные купцы через своих партнеров перешлют его дальше месяца через два — три, если не потеряется по дороге оно доберется до посольства. Кроме того, я могу отправить гонца ко двору императора. Я уже полгода ему отчеты не отправлял — пора напомнить и о себе. Могу к своему посланию приложить и ваше письмо.
— И как быстро оно дойдет?
— Не знаю, — пожал плечами наместник. — Сначала гонец доберется до соседней провинции. Там он попытается узнать, где сейчас находится резиденция императора, потом отправится туда. Месяца три-четыре по времени, думаю, займет. Но это гораздо более безопасный шаг для вас, чем пытаться идти этим путем, — он ткнул пальцем по прямой линии от своей провинции к границе России. — Это плохие безлюдные места. Вы, люди, нуждаетесь в отдыхе, сне. Незаметно на ваших шагоходах такой путь не преодолеть. Ваши машины — это, по сути, ходячие горы золота, не говоря уже о вас самих. У нас есть умельцы, которые способны пустить на пилюли органы не только тварей, но и Одаренных. Вас только трое без конвоя — легкая, уязвимая цель, а еще огромный куш, ради которого могут рискнуть многие. А если вы даже дойдете до России, что дальше? Территории вдоль рек безлюдны не просто так — из-за чудовищ, живущих в них. Во многом поэтому сухопутная торговля между нашими странами и прекратилась — слишком опасно. Гораздо лучше написать письмо, дождаться помощи и, не рискуя жизнями, спокойно улететь домой. Сохранив не только себя, но и ценное военное имущество, как-то на котором вы сюда прилетели, так и то, что находится в ящиках, разбросанных вокруг вашего дирижабля.
— А вы не могли бы… — растерянно начал я.
— Взять его охрану на себя? — уточнил наместник. — Это возможно, но есть определенные сложности. У меня мало людей, и выделить пару сотен солдат для охраны вашего дирижабля — это серьезно ударит по обороноспособности моего города и всей провинции. Но я мог бы пойти вам навстречу, если бы и вы сделали подобный шаг навстречу мне. Пока вы будете ждать ответа на ваше послание, пока вас эвакуируют домой, вы могли бы мне помочь с наведением порядка в провинции. Разогнать несколько банд, от которых буквально нет продыху, помочь с уничтожением гнездовий чудовищ…
— Но…
Ввязываться в чужую войну мне не хотелось совсем. Но прежде чем я успел ответить, губернатор поставил на стол перед собой большую шкатулку из красного дерева, покрытую резьбой. Откинув крышку, он приподнял кусочек алого шелка, лежащий сверху, показывая ее содержимое: восемь небольших слитков золота, выложенных в ряд, каждый примерно с мою ладонь.
— Это подарок, чтобы вам было легче принять решение, — с улыбкой продолжил говорить наместник. — Разумеется, если вы согласитесь, вы и ваши люди будете получать питание. Я обеспечу вашу безопасность. А при возвращении домой я направлю вместе с вами благодарственное письмо за ту помощь, что вы нам окажете.
Взяв наугад один из слитков в шкатулке, я осторожно взвесил его в руке, незаметно пустив искорку силы. Золото высокой пробы — без всяких сомнений. Тут примерно килограмма полтора — примерно тысяча триста рублей. Солидно, даже очень. И если уже все равно ждать…
— А наша помощь как-то будет оплачиваться? — поинтересовался я. — Если мы, конечно, согласимся.
— Каждый раз отдельно, в зависимости от сложности задачи, которая вам предстоит. Питание ваши люди будут получать на уровне офицера нашей армии. Жить будете у меня во дворце — это самое безопасное место в городе. Рядом мы разместим ваших стальных гигантов.
— А что насчет трофеев? — уточнил я.
— Я согласен выкупить их у вас по самой справедливой цене, — предложил губернатор. — Разумеется, то, что вы сами будете готовы продать.
— Мне нужно подумать, — ответил я. — Это все же довольно сложное решение.
— Согласен, — кивнул наместник. — Утро вечера мудренее, как у вас говорят. Так что утром я хотел бы услышать ваше решение. А это, — он кивнул на ларец, — пускай пока побудет у меня.
Давид с Викой с аппетитом ели, усевшись возле небольшого круглого столика. Давид впился в жареную курицу с таким упоением, что я невольно сглотнул слюну и тоже подсел к ним поближе, подтянув к себе тарелку с куриными ножками.