Макс аккуратно положил лиса на пол, бросился к соседней клетке и открыл дверцу. На соломе лежал худенький серый котик и жалобно стонал.
— Не плачь, малыш! Я заберу и тебя. Поедешь на моей спине.
Макс открыл свой рюкзак и устроил там котенка.
Хитрая Матильда тем временем закрыла засовы на клетках.
— Теперь никто не догадается, как пленники выбрались на волю!
Она засмеялась и послала воздушный поцелуй невидимым врагам.
— Молодец, Матильдочка! Но нам надо поспешить! Слышите, снаружи какой-то шум! Сюда идут! Бежим!
Он поднял старого лиса и бросился к выходу. Остальные не заставили себя ждать и побежали за ним — и вовремя: в подземелье спускался князь Георгиус и его слуга Якуб. В руках у них были огромные сачки из металлической сетки, чтобы посадить в них пленников и унести на растерзание собакам. Оба злобно смеялись, предвкушая жестокую расправу.
— Что, красавчики мохнатые, скоро придет вам конец! — Якуб отодвинул засов, да так и застыл, разинув рот: в клетке было пусто.
Князь стоял у второй клетки точно в таком же изумлении, которое сменилось бешенством, как только он понял, что лисы и котенок исчезли.
Со злости он размахнулся сачком и нахлобучил его на голову слуги. Якуб завыл от боли.
Князь топал ногами и прыгал от ярости:
— Найти! Поймать! Догнать! Кто их выпустил? Убью! Уничтожу! Это ты плохо их закрыл!
— Господин, дверь темницу была заперта, а ключи есть только у вас! Не иначе, их украли духи или привидения, — и Якуб испуганно перекрестился.
— Ищи! Найди! Где они? — не унимался Георгиус. — Я знаю, их кто-то выпустил! Слышишь, кто-то убегает за стеной?
Он включил свет и стал осматривать темницу, но напрасно: дверь, которую Том успел вовремя закрыть, дотронувшись до нарисованного ключа, вернулась на место, не оставив о себе ни малейшего намека: ни трещинки, ни просвета.
Пока злобный князь буйствовал и вопил, а его слуга крестился и недоверчиво озирался, боясь нечистой силы (не унесут ли и его в преисподнюю?), мальчик и звери бежали изо всех сил домой. В пещере около озера им пришлось сбавить темп, чтобы не свалиться в воду, но все прошло благополучно, и вскоре запыхавшиеся друзья выскочили из дупла на картине в подвале тетушки Джейн.
И тут их ждал сюрприз — тетушка собственной персоной!
Она стояла у картины, уперев руки в бока, пучок на голове трясся от ее гнева.
— Куда вы запропастились?! Я вас потеряла! Зачем вы полезли в картину?! Боже, а это еще кто?! И почему у тебя лиса на руках, Макс?
Да их здесь целых три!
Тетушка так быстро задавала свои вопросы, что мальчику невозможно было вставить ни одного слова, и он терпеливо ждал, когда же тетушка замолчит.
Наконец она немножко успокоилась, и Макс сказал:
— Дорогая тетя Джейн, я тебе все объясню, только чуточку позже: у нас есть раненые, которым надо помочь. Это папа-лис, а еще у меня в рюкзаке котенок.
Он положил старого лиса на сундук, снял рюкзак, достал из него котенка и протянул тете.
Тетушка ахнула и приняла в дрожащие руки неподвижное тельце.
— Бедный малыш, он совсем плох! Немедленно лечиться! — воскликнула она. — Макс, бери второго больного и поднимайся наверх. Матильда, Хантер и все остальные, ступайте за нами, вы можете пригодиться.
Больных лечили до полуночи. Матильда и Сиенна старательно накладывали целебную мазь на раны и ссадины, которых оказалось множество не только у лис, но и у всех других. Хантер, как заправский хирург, зашил порванное собаками ухо и бок старого лиса. Тетушка Джейн и Макс наложили шины из кусочков картона на сломанные лапки котенка и крепко перебинтовали. Том старался больше всех: носил теплую воду, отмывал раненым хвосты и лапы от грязи, резал колбасу для ужина и грел молоко, а Кей и Джуна помогали ему, как могли.
Пока шло лечение, Макс рассказал тетушке обо всем, что случилось с ним и его друзьями. Джейн внимательно слушала его, задавала, по своему обыкновению, много вопросов, а потом заявила:
Конец ознакомительного фрагмента.