Но на этот раз почти каждую часть ответа я мог обосновать.
Зачем выбран именно этот метод.
Почему нужны именно эти данные.
Какие ограничения есть у результата.
И что придётся проверить дополнительно, прежде чем делать окончательный вывод.
Когда последнее задание исчезло с экрана, я отправил работу и откинулся на спинку кресла.
Ошибки наверняка были.
Только теперь они уже не возникали из-за того, что я вообще не понимал, чем пользоваться.
Для начала этого было достаточно.
Результаты пришли через несколько дней. Я открыл сообщение от Кастора и сразу нашёл итоговую оценку: вступительное испытание было пройдено.
Несколько секунд просто смотрел на эту строчку, потом перечитал ещё раз, будто за это время там могло что-нибудь измениться. Не изменилось. Улыбка появилась сама собой.
Я откинулся на спинку кресла и провёл ладонями по лицу. Глаза неприятно резало от экрана, веки казались тяжёлыми, а под ними за последние недели успели появиться заметные тёмные круги. Последнее время я снова слишком часто засиживался допоздна: ещё одна задача, ещё один раздел, ещё полчаса — и спать. Только эти полчаса постоянно превращались в два часа.
Провёл пальцами под глазами и тихо выдохнул.
— Всё-таки получилось.
После этого уже спокойно полез в подробности. До идеала было далеко: ошибки остались и в химии, и в анализе данных, и в исследовательском блоке. Где-то я выбрал не самый удачный метод, где-то слишком уверенно интерпретировал результат, но теперь замечания касались уже не отсутствия половины необходимых знаний, а того, насколько хорошо я применял их в конкретной задаче.
Наверное, именно это радовало сильнее самой оценки. В прошлый раз мне буквально показывали, каких частей в ответе не хватает вообще, а теперь речь шла о том, что можно было сделать точнее или лучше.
Итоговая оценка превышала проходной порог. Ненамного, но мне сейчас и не требовалось быть лучшим среди поступающих. Мне нужно было попасть туда, где я смогу продолжить учиться уже на совершенно другом уровне.
Ниже находилось предложение подтвердить зачисление, и на этот раз долго раздумывать я не стал. Нажал кнопку, дождался обновления страницы и увидел новый статус.
Зачислен.
Я невольно улыбнулся ещё шире и несколько секунд просто сидел перед экраном. Всё это время мне казалось, что в случае успеха реакция будет куда спокойнее, но теперь внутри появилось приятное чувство облегчения, к которому постепенно примешивалась настоящая радость.
Родители были дома, поэтому долго сидеть в одиночестве я не стал.
За последние месяцы они вообще старались мне не мешать. Видели, сколько времени я трачу на подготовку, интересовались результатами, иногда буквально вытаскивали меня из комнаты поесть или хотя бы немного пройтись. Мама постоянно следила, чтобы я опять не начал жить исключительно перед терминалом, а папа обычно ограничивался короткими напоминаниями не загонять себя. О поступлении они знали с самого начала и, кажется, переживали за результат не меньше меня, просто старались этого не показывать.
Когда я вышел к ним, мама почти сразу посмотрела на моё лицо.
— Ну что?
Я не удержался от улыбки.
— Взяли.
— Серьёзно?
— Серьёзно.
Она тут же поднялась и обняла меня, а папа подошёл следом, поздравил и хлопнул по плечу. Я поблагодарил их и только тогда заметил, что всё это время продолжаю улыбаться.
Наверное, я всё-таки радовался сильнее, чем сам ожидал.