Да, на территорию самого университета через главный вход было категорически запрещено въезжать каретам, бричкам или на верховой лошади. Для этого существовали два хозяйственных въезда.
— Её Величество прибыла, — один из гвардейцев, ехавший на запятках кареты, ловко соскочил, подбежал, выдвинул небольшую лестницу, открыл дверь кареты и подал мне руку.
Мастер склонил голову в приветственном поклоне, не выказав ни тени удивления на своём лице. Конечно, они были в курсе моего приезда.
— Ваше Величество, ректор находится у себя в кабинете, позвольте Вас проводить.
— Нет, мастер, сначала давайте пройдёмся по коридорам, я просто хочу посмотреть, как у вас тут всё устроено. Я слышала много лестных слов о той работе, которую провёл ректор после получения от властей герцогского поместья.
Мы вошли в широкий вестибюль, выложенный мраморными плитками. Влево и вправо шёл длинный коридор. Высокие окна выходили во двор, а с противоположной стороны располагались многочисленные двери.
— Здесь аудитории на пятьдесят человек, тут преподаватели проводят занятия по группам, а большие лекционные залы — слева и справа корпуса, там, где лестницы ведут на второй и третий этажи. Попасть в эти аудитории можно со второго этажа, а также двери в лекционные залы расположены у лестниц.
Мы медленно шли по коридору, и я не могла найти никаких отличий от любого учебного заведения моего мира. Подошла к дверям — там преподавали математику, и какая-то бойкая девчушка что-то объясняла, видимо, у доски. Я покачала головой, когда мастер Райснер взялся за ручку.
— Не будем им мешать. А вот в лекционную я войду на минутку, посмотреть, как у вас получилось сделать так сразу на два этажа.
Мастер приоткрыл дверь, я заглянула, но мешал косяк, и поэтому я вошла в аудиторию. Преподаватель, читавший студентам лекцию, недоуменно повернулся к нам и вопросительно посмотрел на декана. Зато студенты сразу оживились:
— К нам новенькая, да хорошенькая какая! Ой, их даже две! — это Элора вошла вслед за мной.
В отличие от Микки и Холы она была одета в платье средней горожанки, как и я. Я повернулась к аудитории. Передо мной была самая настоящая лекционная, с амфитеатром из ступенчатых рядов, разбитых на блоки для удобства прохода.
Я поднялась на первую ступеньку, какой-то парень галантно показал мне рукой на скамейку рядом с собой. Вдоль каждого ряда тянулись небольшие пюпитры на передней стенке амфитеатра для учебников, а следующие крепились к спинкам впереди стоящих скамей.
Я посмотрела на парня, улыбнулась и покачала головой. Элора, как всегда, всё испортила, не смогла вытерпеть:
— Её Величество Императрица перед тобой, выкажи уважение!
Парень недоумённо посмотрел на меня, я же повернулась и спустилась вниз. Декан сразу же повторил за Элорой:
— Это Её Величество, выкажем своё уважение.
И первым поклонился. Раздался шум — это вставали студенты. Среди них я заметила и девушек, которые сидели между парнями за импровизированными партами.
— Пусть садятся, и я прошу у Вас прощения, что невольно помешала Вашей лекции. Мы уже удаляемся.
Аудитория была прекрасной. Чувствовалось, что тут приложили руку люди из Старого Света, где первая подобная появилась в конце шестнадцатого века в университете итальянской Падуи.
— Мастер, у вас преподают люди из Старого Света?
— Ваше Величество, я сам преподавал математику в Лейденском университете.
— А как Вы попали сюда? Насколько я помню, Вашу страну не сотрясали восстания как Бриттию? Или я чего-то не знаю?
— Я католик, Ваше Величество. А когда после восьмидесятилетней войны с Кастилией был заключён Мюнстерский мир, то в моём городе католикам запретили не только вести богослужения, но и преподавать и занимать любые должности. Север стал протестантским, а юг — католическим, там сейчас расположено Гентское королевство.
— Ну а почему Вы не уехали туда?
— Видите ли, мне почти сразу предложили должность директора школы в Новом Амстердаме в Новом Свете, и мы с женой и детьми пересекли океан. Но через семь лет на нас напали бриттские войска, и мы были вынуждены бежать в соседнюю Новую Кастилию. А оттуда уже к вам.
— А в Ланторин какими судьбами?
— Господин Гаржакс попросил меня помочь с открытием нового университета, и сейчас уже собирается подать Его Величеству прошение о назначении меня ректором. Наш ректор сильно болен, у него отказывают ноги, и он просится на покой.
— Давайте пройдём на второй этаж.
Второй этаж занимали небольшие классы, преподавательские, ещё какие-то помещения, а также деканаты физического, химического и математического факультетов. В общей аудитории, которую я посетила, проводили общий урок истории империи. Их ввели в прошлом году после обнародования Хайландского архива. Аудитория вмещала более пяти сотен студентов.