Джули Чан мертва: читать начало книги онлайн

Ай оставляет комментарий:

Я улыбаюсь и сразу пишу ей в личные сообщения:

Я какое-то время сижу в чате, но она не читает сообщение, и я переключаюсь на следующую задачу – разобраться с женщинами за столом Беллы Мари, которых я не узнала.

Шпионить при помощи соцсетей до смешного просто.

Белоснежка – это Ана Кляйн, @analuvsu. Четыре миллиона подписчиков в «Инстаграме», восемь – в «ТикТоке». Она просто… красотка. Вот и все. В этом весь ее контент. Просто чертовски привлекательная девушка. Пышный бюст, выразительные глаза, пухлые губы, красивая задница. Она выкладывает танцы не в такт в «ТикТок» и собирает миллионы просмотров, потому что у нее трясется грудь. Понимаю, почему это работает. Иногда она пишет стихи. Вот один из ее шедевров:

Нужен особый талант, чтобы написать что-то, не достойное красоваться даже на бутылке шампуня.

Смоки-айс – это Майя Смит, @mayasmakeup. Пять миллионов подписчиков в «Инсте», двадцать восемь – в «ТикТоке». Одна из тех инфлюенсерш нового поколения, которые выкладывают только вертикальные видео. Ее лента забита инструкциями по макияжу, где она выливает на лицо полбутылки тонального крема в качестве базы. Сейчас она рекламирует свою линию косметики – One Drop. Судя по названию, для базы достаточно одной капли тонального средства. В целом неплохо. Недавно на подкасте она отрицала обвинения в пластике, заявив, что ее нос «сам уменьшился» из-за таблеток Аккутана.

София Чемберс – та самая блондинка, которая заговорила со мной перед уходом, @sophchambers. Три миллиона подписчиков в «Инстаграме», пять – в «ТикТоке», миллион – на «Ютубе». Раньше она играла за сборную США по волейболу, пока не сломала руку – нелепый несчастный случай – за неделю до Олимпиады две тысячи шестнадцатого года. Теперь она фитнес-инфлюенсер на полной ставке и по совместительству ведет занятия в SoulCycle «для души». У нее есть фитнес-приложение и коллаборация с популярным брендом спортивных бра. Большинство ее постов выглядит примерно так: «Сегодня отличный день, чтобы прожить отличный день». Или: «Не забывай быть счастливым!». Или: «Когда тебе грустно, просто думай о хорошем». Подписчики в восторге. Похоже, ее боялась сама депрессия.

Мы с Анжелик, Эммелин, Лили, Келли, Ай, Беллой Мари и этими тремя девушками, по всей видимости, и составляем общество Белладонн.

Догадка подтверждается, когда я обнаруживаю, что Хлоя заглушила и заархивировала все их сообщения. Причем не только в «Инсте» – она выставила такие настройки на всех платформах и даже в iMessage. Я нахожу групповой чат в «Инстаграме» под названием «Только для красоток» и читаю последние сообщения.

Ана даже написала мне стих:

Ну… главное – внимание.

Самое последнее сообщение от самой Беллы Мари:

Мои губы растягиваются в улыбке, в груди становится тепло. В более ранних сообщениях девушки в основном поддерживают друг друга, обсуждают сделки с брендами, делятся контактами для сотрудничества, советуются, какие фото ставить на обложку карусели, и так далее.

Я не понимаю, почему Хлоя их заглушила, если они так ее поддерживали. Ну да, не суперинтеллектуалки, и что? Они инфлюенсеры – чего еще ожидать? У них насыщенная жизнь, посты, контракты, свои проекты. И все же они нашли время, чтобы написать слова поддержки. Если бы у меня были такие друзья, когда я была Джули, – подушка безопасности, сообщество, люди, которым не все равно, – все могло бы сложиться иначе.

Я возвращаю чат из архива и снимаю глушилку со всех Белладонн. Когда я отвечаю каждой из них, меня охватывает усталость, но на душе тепло. Я очарована этим новым миром, который присвоила себе. Этими новыми настоящими подругами.

Я смотрю на время. Два пятнадцать ночи. Хочется еще немного продлить это мгновение, но усталость давит. Пять часов притворяться Хлоей – это непросто. К счастью, все прошло гладко. Кажется, я начинаю входить во вкус.

Погасив свет и поставив телефон на беззвучный режим, я опускаюсь на мягкий матрас и пытаюсь уснуть.

Но без яркого экрана перед глазами, без постоянных уведомлений тишина становится слишком громкой. Все чувства, которые я глушила бесконечным скроллингом, вдруг обостряются. Внутри нарастает тяжелое беспокойство. Запах абрикосового шампуня Хлои будто бы наполняет воздух, словно она лежит рядом со мной. Я ворочаюсь, пытаясь устроиться удобнее.

Что-то острое колет бедро. Я вздрагиваю, включаю свет и смотрю. Длинный черный волос вонзился в кожу, как заноза. Он похож на мой… но я уверена в обратном.

Это волос Хлои.

Только ее волосы могли бы уколоть меня во сне. Сердце бешено колотится. Я выдергиваю его и бегу в ванную, смываю в унитаз, как насекомое, которое может вернуться и укусить, и стою, не дыша, пока не убеждаюсь, что он исчез в водовороте.

Я срываю постельное белье и запихиваю все в огромный черный пакет. Думаю взять другой комплект из шкафа, но меня не отпускает непонятное беспокойство. А вдруг и там остались частицы Хлои? В итоге я стелю полотенце на голый матрас и ложусь сверху. Закрываю глаза, заставляя себя уснуть, чтобы сбежать от тревожного стука в голове.

И тут звонит телефон.

Разве я не поставила его на беззвучный? Я хватаю устройство и, прищурившись, смотрю на экран. Пусто.

Но звонок не прекращается.

Я трясу телефон, как сломанный пульт. Экран все еще пуст.

И вдруг понимаю.

Звук идет не отсюда.

Звонит не телефон Хлои.