— Можно поискать, — ответил я. — Сначала надо понять, сколько её потребуется.
— И герб оставить этот?
— Я бы оставил.
— Рамку эту?
— Да.
Парамон Ильич провёл ногтем по краю листа.
— А если бумагу взять дороже, это будет видно?
— Разумеется, — заверил я.
— Насколько?
— Настолько, насколько хорошую бумагу вообще видно. Её сначала замечают руками.
Хлудов перевернул лист и снова проверил плотность пальцами. Вот теперь мы говорили на одном языке. Парамон Ильич много лет покупал и продавал вещи. Рассказывать ему, что качество материала имеет цену, было излишне. Мне требовалось только убедить его оставить это качество в покое после покупки.
— Хорошо, — сказал он. — Берите лучшую бумагу. Эту рамку оставляйте. Герб тоже. Виньетку убирайте.
Он положил первый лист на край стола.
— Но если выйдет бедно, Алексей Николаевич, я вам припомню весь этот разговор про фарфор.
— Если выйдет бедно, я сам его припомню.
Хлудов придвинул ко мне список гостей.
— Тогда считайте, — сказал он.
Вот тут обнаружилась следующая часть заказа. Приглашения требовались далеко не в одном экземпляре на фамилию. Где-то приглашали супругов вместе, где-то требовалось учесть взрослых детей, несколько человек Парамон Ильич собирался пригласить персонально. К этому добавлялись гости со стороны Неретинских.
Мы прошли список от начала до конца. Я записал количество, отдельно отметил несколько имён, которые ещё требовалось уточнить, и подсчитал бумагу. Парамон Ильич добавил экземпляры на случай испорченных листов и тут же попытался назвать их запасом для внезапных гостей. Эту часть я оставил на его совести: с нынешней скоростью роста списка лишними они вряд ли останутся.
Климов забрал утверждённую пробу вместе с моими пометками. Хлудов ещё раз взял второй лист, посмотрел на него и неохотно положил на стол.
— Значит, так и делаем, — решил он. — Бумагу найдите лучшую. За ценой ко мне не ходите, покупайте. Когда будет готов первый чистовой — пришлите человека.
Он собрал свои списки, убрал их в тетрадь и поднялся.
— Не экономьте, Алексей Николаевич.
— Не буду, — сказал я.
Парамон Ильич ушёл. Едва за ним закрылась дверь, как Климов принёс из мастерской очередной рабочий вопрос. Следом появился Егор с пачкой готовых листов. На столе ещё лежала хлудовская проба, а в книге заказов уже ждали сегодняшние работы.
До полудня я принял ещё двух заказчиков. Первый принёс старые торговые бланки. Ему потребовался новый тираж, другой адрес и более заметная цена. Мы разобрали текст, я записал количество и срок. У двери он задержался.
— Алексей Николаевич, говорят, государю приглашение и вправду отправили?
— Отправили, — ответил я.
— Самому Николаю Павловичу?
— Ему.