— Хорош, — сказал он.
Поручик отступил от стола, прикинул расстояние до свободной стены и сделал пробный взмах. Я отодвинулся. Сабуров покосился на меня.
— Алексей Николаевич, я всё-таки гусар.
— Поэтому и отодвинулся.
Он рассмеялся и снова посмотрел на томагавк.
— В тесной комнате вещь удобная. Лёгкая, рука не устаёт. Но саблю я на это не променяю. Саблей человека достанешь раньше, а с томагавком к нему ещё подойти надо.
Сабуров повернул лезвие к свету.
— Хотя скальпы им, наверное, снимать удобнее.
Он ещё немного повертел томагавк и положил его на стол. Рядом лежал оставленный мною лист с человеческой головой.
Сабуров его заметил.
Спросил:
— А вот это что?
— Френологическая таблица, — ответил я.
Он взял лист и поднёс ближе к окну. Английские надписи занимали почти всё свободное место вокруг расчерченной головы.
— Американская?
— Привёз её из Америки.
Сабуров повёл пальцем вдоль одной из линий, потом посмотрел на лежащий рядом томагавк.
— Способы индейских пыток?
— По форме черепа пытались определять способности человека.
Сабуров снова посмотрел на расчерченную голову.
— Ну да, — сказал он. — Здесь даже показано, с какого места начинать.
Я посмотрел на таблицу. Потом на Сабурова. Он положил лист рядом с томагавком, полюбовался на них вместе и расплылся в улыбке.
— Алексей Николаевич, да у вас тут всё необходимое. Томагавк есть, голова размечена, даже объяснения на английском. А я ещё удивлялся, зачем вы за ними два квартала бежали.
— За ним. Он был один.
Сабуров поморщился.
— Опять один. Нет, трое мне нравились гораздо больше. Ну хорошо, один так один. Скальп хотя бы сняли?
— Скальпы грабителей мне не нужны.
Сабуров посмотрел на меня, потом на томагавк и понимающе кивнул.
— Конечно. Я об этом не подумал. Скальп первого попавшегося грабителя — какой же это трофей? Другое дело хороший противник. Чтобы потом посмотрел — и сразу вспомнил, с кого снял.
Он снова взял таблицу.